Главная Архивные документы
Исследования
КСЭ Лирика
Вернуться
Е.Д.Лапшина, ЮРИЙ АЛЕКСЕЕВИЧ ЛЬВОВ (I932-I994)
БИБЛИОГРАФИЯ РАБОТ Ю.А.ЛЬВОВА
Чтения памяти Ю.А.Львова
Каталог
Е.Д.Лапшина, ЮРИЙ АЛЕКСЕЕВИЧ ЛЬВОВ (I932-I994)
Вопросы географии Сибири, Томск, 1995
Карта сайта Версия для печати
Тунгусский феномен » Исследования » Персоналии » Львов Ю.А. » Е.Д.Лапшина, ЮРИЙ АЛЕКСЕЕВИЧ ЛЬВОВ (I932-I994)

2 августа 1994 г. ушел из жизни Юрий Алексеевич Львов, один из наиболее ярких и талантливых ученых Томского университета, замечательный человек, педагог, гражданин.

62 года жизни, 40 лет из которых отдано научной и педагогической деятельности, 121 научная публикация - сравнительно немного, но это лишь небольшая толика его научного наследия. Большая часть описательных, методических материалов и теоретических разработок и обобщений осталась в многочисленных отчетах и служебных записках, сформулирована в обоснованиях научных программ, неопубликованных докладах.

Его научные публикации, особенно последних лет, отличаются особенной глубиной. Некоторые из них представляет своеобразные "скопления идей", где порой в каждом абзаце закладывается и формулируется целое научное направление. Ю.А. в концентрированном виде старался изложить и передать переполнявшее его мысли молодому поколению исследователей. Ю.A., как пожалуй, немногие ученые, умел генерировать массу научных идей и с легкостью я щедростью делился ими со всеми, кто его окружав, обращался к нему за советом и помощью. Многие из этих людей навсегда остались его горячими почитателями и считает себя его учениками.  

Свойственный Ю.А. широкий подход к оценке природных процессов и общественных явлений, широта его кругозора и интересов, оригинальность и неординарность суждений привлекали к нему не только студентов и молодых начинавших ученых, но также ведущих отечественных зарубежных коллег - ботаников, географов, экологов, этнографов, археологов, культурологов, физиков, философов, интересующихся проблемами устройства биосферы и взаимодействия с ней человека.

О.А.Львов родился 14 августа 1932 г. в г.Москве. В 1941 г. с родителями был эвакуирован в Томск. Окончив в 1950 г. в Томске среднею школу, Ю.А. поступил в Томский университет.

Он пришел в университет, уже имя склонность заниматься изучением растительного мира. Это привале его в гербарий, где он познакомился с Л.П.Сергиевской. Она привлекает ого к изучению полезных растений г.Томска и его окрестностей, 3 течение лета 1951 г. Ю.А. самостоятельно обследует близлежащие пригороды, собирает гербарий, а затем и определяет его.

В 1952 г. после окончания второго курса он совершает своп первую экспедиционную поездку в Забайкалье в составе отряда, возглавляемого Л.П.Сергиевской, В экспедиции он впервые всерьез заинтересовался растительными сообществами, которые закономерным образом сменяли друг друга в пространство в зависимости от условий местообитания, слагая контрастную мозаику растительного покрова незабываемо красивых и суровых ландшафтов забайкальских степей. После возвращения из экспедиции Ю.A. без колебания распределяется па кафедру геоботаники, решая посвятить себя изучению растительных сообществ. Со временем под влиянием Л.В.Шумиловой окончательно формируется его научный интерес, он увлекся болотами, особенную любовь к которым сохранил на всю жизнь.

Уже в студенчестве Ю.A. отличается самостоятельным образом мысли, широтой своих интересов и увлечений. Будучи студентом 5-го курса, Ю.А. работал экскурсоводом в Сибирском ботаническом саду. К тому времени он прекрасно разбирался в тропической флоре и мог увлечь рассказом самую разную аудиторию. Его экскурсии (по словам В.Б. Купрессовой, работавшей в то время в Ботсаду) привлекали внимание даже работников оранжереи, старавшихся в нужный момент оказаться где-то поблизости, чтобы лишний раз послушать молодого экскурсовода.

Сразу после окончания университета Ю.А. предпринимает своп первую самостоятельную экспедицию на Иксинское болото. Получив в кассе университета выделенные на экспедиции средства (60 руб.) и закупив продукты, с мало знакомым парнем, который согласился сопровождать его в качестве рабочего (второй покинул их в самом начале пути), Ю.А. предпринимает попытку пересечь междуречье рек Шегарки и Ихсы, чтобы выяснить устройство водораздельного болотного массива, описать по маршруту все типы растительных сообществ и отобрать образцы торфа. Более месяца они шли с работой по болоту, в последнее надело без еды и соли и лишь волею судьбы остались в живых. Свое первую научную статьи под названием "К характеристике Иксинского водораздельного болота" он опубликовал в 1959 г. в Известиях ВБО (Изв. Том. отд. ВБО, т.5).

После окончания университета Ю.А. был оставлен на кафедре геоботаники ассистентом для преподавательской деятельности. Под руководством Л.В.Шумиловой Ю.A. начинает заниматься изучением болот Западной Сибири». В 1956-60 гг. он принимает участие в качестве геоботаника в экспедициях,  организованных институтом "Гипроторфразведка", по обследовании болот Западной Сибири. По материалам этих лет выходят ого работы по растительности и особенностях строения Сенченокого болота, болот бассейна р.Конды.

Огромное влияние на формирование и становление Ю.А. как ученого, на выработку его жизненной и гражданской позиции оказали влияние два события - двухлетняя командировка молодого ассистента кафедры ботаники на Кубу и Комплексная самодеятельная экспедиция (КСЭ), организованная в 1959 г. группой томских ученых-энтузиастов, в создании и многолетней деятельности которой D.A. принимал самое непосредственное участие.

В 1961-63 гг. по приглашение кубинского правительства З.А. был направлен в составе группы советских специалистов-торфоизыскателей в республику Куба для исследования торфяных ресурсов страны. 3 задачу Ю.А. входило выполнение геоботанической части работы. Однако отсутствие каких-либо литературных сведений о торфяных болотах тропической Америки, их флоре и растительности потребовало большого объема предварительных работ по определение флористического состава болотной растительности, микроскопическому изучении растительных остатков, встречающихся в торфе, составлению атласа растительных остатков кубинских торфов. Наряду с описанием болотных растительных сообществ, Ю.А. интересуется особенностями процесса торфонакопления, делает раскопки корневых систем болотных растений и зарисовки верхних слоев торфяной залежи.

Вернувшись в Томск. Ю.А. в течение года публикует серив статей о типологии тропических болот, экологии мангров, составе и свойствах торфов кубинских болот и в 1966 г. успешно защищает кандидатскую диссертацию "Торфяные болота Кубы (геоботанический очерк)".

Ещё до отъезда на Кубу в I960 г. Ю.А. совершает в составе КСЭ свою первую поездку в район падения Тунгусского метеорита. Ю.А. основное внимание уделяет многочисленным и разнообразным в района

падения метеорита болотам. Особый интерес вызывают крупнобугристые торфяники. Он детально обследует их в окрестностях Ванавара и на всем протяжении пути от Ванавары до изб Кулика в эпицентре взрыва: разбирается со строением крупнобугристых болот, исследует  талые термокарстовые депрессии, описывает динамику их естественного развития и формирования.

Впоследствии Ю.А. еще трижды посещает район Тунгусской катастрофы (в 1964, 1968 и 1977 гг.), принимает непосредственное участие в обработке полевых материалов, в регулярных встречах по пятницам участников экспедиции для обсуждения результатов и новых планов. Он был одним из идейных лидеров КСЭ. Неоценим его вклад в работы по поиску вещества Тунгусского метеорита. Используя свои знания об анатомо-морфологическом строении сфагновых мхов и представления о характере нарастания сфагновой дернины, Ю.A. предложил простой и доступный способ выделения мелкодисперсной фракции космического вещества из торфа. В 1967 г. выходит его статья "О нахождении космического вещества в торфе" (Пробл. Тунгусск. метеорита, вып.2) и появляется ряд коллективных публикаций с его участием о ходе и результатах работ по поиску вещества Тунгусского метеорита, химическом составе и распределении сферических частиц (шариков), предположительно космического происхождения, по площади района. Обобщением методических приемов по поиску вещества Тунгусского метеорита и сформировавшей к этому времени представлений о масштабах выпадений и роли космогенного аэрозоля в развитии биосферы явились две работы: "Методы выделения космического вещества из природных объектов" (Новосиб., 8 с.) и "Выпадение космического вещества на поверхность Земли" (Омск, 1976, 120 с.).

В КСЭ царила атмосфера демократизма, свободы мысли, творческой инициативы, поэзии и юмора. В этой среде как нельзя лучше могли проявиться и. раскрыться лучшие природные качества любого человека, возникнув на волне "оттепели" 60-х гг., КСЭ и в последующие годы тянула и привлекала в свои ряды близких по духу людей из "душных" будней застойных времен.

Проблема Тунгусского метеорита более 30 лет остается в кругу научных- интересов Ю.А. Связанным с нею вопросам посвящено 40 его работ, что составляет третьи часть всех публикаций. Идеи Ю.A. и предложенный им метод выделения мелкодисперсного вещества земного и космического происхождения из моховой дернины, легли в основу нового научного направления, успешно развитого в работах А.П.Бояркиной - "Оценка выпадения космической и индустриальной пыли на больших площадях методом природных планшетов", и к которому вновь обращается Ю.А. в последние годы, продолжая разрабатывать эту тему с позиции ландшафтной и региональной экологии.

Развитие научных интересов Ю.А. шло от геоботаники и болотоведения к биогеоценологии и ландшафтной экологии.

После возвращения с Кубы, в 1963-65 гг. Ю.A. возобновляет работу в торфоразведочных экспедициях. Пешком и на самолетах он многократно пересекает маршрутами Васюганское болото, обследует бассейны Кети, Васюгана, Тыма, район Салехарда. Им выполнено большое количество описаний растительного покрова и стратиграфии торфяной залежи, даны первые научные описания болот ряда труднодоступных районов Западной Сибири. Больной фактический материал, полученный экспедициями института "Гипроторфоразведка" (впоследствии трест "Геолторфразведка", ПГО "Торфгеология"), позволил выявить в общих чертах запасы и свойства торфяных ресурсов, что легло в основу кадастра "Торфяные месторождения Томской области" (1971) и частично нашло отражение в книге "Торфяные ресурсы Томской области и использование их в сельском хозяйстве" (М., 1971, 55 с.), в написании которой Ю.A. как соавтор принимал участие.  Однако, этих сведений оказалось недостаточно для получения стройного представления о разнообразии типов болот Томской области и их размещении. Как выяснилось, большая по площади и неоднородная в природном отношении территория Томской области, имеет существенные различия в ходе болотообразовательного процесса в разных своих частях. Прекрасно понимая это, D.A. более углубленно приступает к разработка вопросов районирования и целенаправленному обследований территорий отдельных районов.

Начало второго этапа его научной деятельности (1968-1976 гг.) совпадает с открытием НИИ биологии и биофизики и созданием лаборатории геоботаники. В этот период наряду с выполнением большого объема научно-производственных (хоздоговорных) работ по выявлению торфяного и мелиоративного фонда юга Западной Сибири, обследований сенокосов и пастбищ совхозов и колхозов Томской области, в которых Ю.A. принимает участие, совмещая их с учебной и производственной практикой студентов, идет интенсивное накопление фактического материала о строении, стратиграфии торфяной залежи, закономерностях размещения болот Причулымья, левобережья Оби, ряда северных районов Томской области, Омской области.

Большое внимание Ю.А. уделяет проблеме современного заболачивания суходолов. Организуется совместные экспедиции о почвоведами, к участию в которых активно привлекается студенты. На основании

своих наблюдения Ю.A. разрабатывает схему районирования Томской области по интенсивности процессов современного заболачивания, предлагает комплекс методов изучения лесо-болотных экотонов, включающий дендрохронологический метод, методы крупномасштабного картирования моховой дернины и древесного подроста на контакте леса и болота, датирования торфяной заложи по "пожарным горизонтам" на периферии болота, позволяющие не только выявить характер процессов заболачивания, но и их скорость.

3 эти годы он публикует ряд важных работ по типологии болот Тым-Вахского междуречья, бассейна р.Орловки, Пайдугинской ложбины древнего стока, поймы р.Чулыма, Омского Прииртышья, а также обобщает материал о характере и механизмах заболачивания Томской области (Сб.: Теор. и практ. лесн. болотовед, и гидролесомелиорации, Красноярск, 1976), Особое значение имела его статья "Методические материалы к типологии и классификации болот Томской области" (Сб.: Типы болот СССР и принципы их классификации. Л., 1974), которая привлекла внимание отечественных болотоведов зрелостью теоретических представлений и оригинальность»! методических подходов к изучении болот, в этой работе Ю.A. впервые приводит схему болотного районирования Томской области, формулирует теоретические представления о болотной фации, как элементарной пространственно-временной единицы болотного массива, вводит понятия современной и геологической болотной фации, свиты болотных фаций. Большое значение для дальнейшего развития болотоведения имело описание новых методических приемов для изучения болот: I) метода зарисовки вертикальных профилей болотных фитоценозов и микрорельефа в сочетании со стратиграфическим профилем торфяной залежи, полученному по серии близко расположенных скважин, 2) метода отбора и анализа торфяных образцов сплошной колонкой о интервалом 5-10 см, что давало возможность оперировать элементарными генетическими видами торфа, как отражением бы;ых болотных фитоценозов и улавливать изменения экологических условий болотных местообитаний, ведущие к сменам фитоценозов.

Третий этап его научной деятельности, который начался в 1976 г., ознаменовался, о одной стороны, синтезом и теоретическим обобщением знаний о болотах Западной Сибири, с другой - поиском новых методических подходов и методов для решения задач более высокого биогеоценотического уровня исследований. В 1976 г., спустя год после смерти Л.В.Шумиловой, Ю.А. возглавляет лаборатории геоботаники НИИ ББ, которая через некоторое время начинает именоваться лаб. биогеоценологии. В течение многих лет Ю.A. совмещает педагогическую работу на кафедра и осуществляет научное руководство работой ее сотрудников. Объединяя вокруг себя силой своего человеческого обаяния, широтой кругозора, даром научного предвидения очень разных по складу и наклонностям молодых людей, он создает неформальный спаянный коллектив, способный решать широкий круг сложных научных проблем.

В этот период начинает действовать полевой стационар в пос. Ягодный Верхнекетского района Томской области, где в течение б лет совместно с почвоведами проводятся разнообразные геоботанические, болотоведческие, почвенные, биогеоценотические исследования, направленные на изучение процессов современного заболачивания, пространственной структуры лесных и болотных биогеоценозов, разработку новых методических подходов, в частности работ по уточнения экологических шкал и поиску новых форм их приложения.   •

По результатам работ Ягодинского стационара опубликовано немного работ, однако сам Ю.А. вспоминал об этом периоде, как о наиболее продуктивном и важном для себя. Здесь кристаллизуется, обсуждается, опробуются в небольших методических работах ого размышления о взаимосвязи живых организмов и их сообществ со структурой пространства. Попытки разобраться в закономерностях пространственно-временной организации лесных и болотных растительных сообществ и их сочетаний приводят его к учению о биогеоценозах как элементарных участках, населенной организмами поверхностной оболочки Земли. Он разрабатывает и начинает читать новый оригинальный курс лекций "Биогеоценология", который лег в основу одноименного раздела коллективной монографии "Экология, биогеоценология и охрана природы" (Томск, 1979. 225 с). В этой работе простым лаконичным языком на ярких и образных примерах изложены фундаментальные представления о составе, пространственной структуре и функционировании биогеоценозов, устойчивости и сукцессиях биогеоценозов, даны основы типологии биогеоценозов (биогидроценозов) и их систем. Творчески восприняв учение В.Н.Сукачева о биогеоценозах, Ю.А. дополняет его и развивает представлениями о структуре биогеоценотического пространства к времени, о системах биогеоценозов и механизмах межбиогеоценотических отношений и связей, вводит в практику биогеоценологии метод экологического параметрирования.

Очень много в эти годы было сделано Ю.А. для уточнения и усовершенствования методики использования стандартных экологических шкал Л.Г.Раменского. Значительно расширена область их практического приложения от оценки экологического состояния биогеоценозов и их структурных элементов (парцелл, биогеогоризонтов) до оценки динамики

биогеоценозов и прогноза экологических изменений в ландшафте; протекающих как в результате природных процессов, так и в результате разных форм хозяйственной деятельности. Была показана возможность использования экологических шкал для определения экологических условий существования растительных сообществ былых эпох по палеоботаническим данным, в частности, по ботаническому составу торфов и составу спорово-пыльцевых спектров. На этом основан разработанный им метод ретроспективного экологического анализа торфяных отложений и относительной датировки слоев торфа путем сопоставления экологических кривых торфяных залежей.

Уже в начале этого этапа в работе "Торфяное болото как система болотных фаций" (Биол. науки. 1977. № 9) 3,А, обращается к ландшафтному уровне рассмотрения природных тел и явлений. В "Биогеоценологии" в учении о системах биогеоценозов этот подход получает дальнейшее развитие. Важной областью его интересов всегда были вопросы природного районирования. Поняв, что территории Томской области недостаточно для выхода на широкие географические закономерности, он разрабатывает схему дробного природного районирования юга Западной Сибири. В основу этого районирования им были положены признаки ведущего ландшафтного процесса, каким для лесной зоны Западной Сибири является процесс заболачивания. Указывая на степень развитости болотного процесса и ярко выраженную специфику хода развития ландшафтного покрова в разных районах, Ю.A. вводит понятия "болотного покрова" и "лика болотной местности", выражавшегося в состава и структуре ландшафтного устройства района.

3 своих построениях Ю.A. опирается на работы П.Н.Крылова и Л.В. Шумиловой, при этом дополняет зонально-провинциальный принцип членения территории бассейновым, выделяя, по признакам болотного покрова болотные пояса, которые идут вкрест зональным и провинциальным рубежам, подчиняясь географическому градиенту крупного речного бассейна (Оби). Его работа "Географическая структура болотного покрова Западной Сибири" (Сб.: Флора, растительность и раст. ресурсы Зап. Сиб., 1987) является ярким свидетельством творческого развития ботанико-географического направления Томской ботанической школы, заведенного его учителями.

Надо сказать, Ю.А. всегда о признательностью вспоминал и высоко ценил своих учителей. Исключительно благодаря усилиям Ю.А. подготовлена к печати и опубликована рукопись Л.З.Шумиловой "Фитогеография", над которой она работала уже будучи тяжело больной в последние годы своей жизни. Желание Ю.А. полностью сохранить всю содержательную часть монографии и при этом выполнить условие издательства (сократить объем рукописи вдвое), потребовало от него коронной переработки текста, над которым он работал более года. Этот бескорыстный труд лишний раз характеризует Ю.А. как человека высоких моральных убеждении и жизненных принципов.

Параллельно с обобщением представлений о болотах Сибири и развитием биогеоценотического направления в период с 1976 по 1988 г. под руководством Ю.А. выполнялась серия крупных хоздоговорных работ, вызванных необходимостью экологического обоснования и экспертизы крупных мелиоративных, строительных проектов, а также потребностью в экологическом обеспечении проектируемых и строящихся линий электропередач сверхвысокого напряжения. За этот период при его непосредственном участии было подготовлено и передано заказчикам более 20 отчетов, в том числе: "Ландшафтно-экологическая характеристика трассы ЛЭП 1150 кВ в пределах Кемеровской области", "Ландшафтно-зкологическое проектирование трассы ВЛ СВН Экибастуз-Новокузнецк-Итат", "Ландшафтное и ботанико-географическое районирование южной половины Западной Сибири и составление порайонного ландшафтно-экологического кадастра", "Экологическое влияние разработки торфяных месторождении на окружающую среду Томской области" и другие.

К оценке влияния ЛЭП сверхвысокого напряжения на ландшафт и биоту было привлечено большое число специалистов института как полевых, так и экспериментальных лабораторий, от генетиков и биологов-электромагнитчиков до дандшафтоводов. Наиболее важным результатом этих лет является приобретение организационного опыта и разработка идеологии и методологии комплексных работ, имеющих своей целью экологическую оценку территории. Реальным практическим результатом исследований была разработка и написание совместно с В.В. Хахалкиным и Э.П. Каскевичем методических рекомендаций по предпроектной ландшафтно-экологической оценке зон трасс воздушных линий электропередачи сверх- и ультравысокого напряжения (Отчет по х/д теме о СибНКИЭ. Новосибирск-Томск, 1985, 71 с).

Эти работы показали необходимость подробного географического и экологического обоснования экспертных оценок и, в связи с этим, разработки новых подходов как к динамическим процессам живого покрова Земли, так и формам взаимодействия организмов и их сообществ с факторами антропогенного происхождения в конкретном географическом пространстве. Иными словами, эти работы привели к необходимости разработки основ нового научного направления - ландшафтной экологии.

Вопросы ландшафтной экологии и биоиндикации заняли основное место в научной деятельности Ю.А. на протяжении следующего, четвертого этапа, начиная с 1988 г. В этом году он избирается коллективом НИИ ББ на должность заведующего отделом экологии и получает возможность реализовать на практике комплексную ландшафтно-экологическую тематику, включая оценку антропогенного воздействия на все уровни организации живого. Методологической основой разрабатываемого им научного направления послужили: 1) представления о пространственной структуре земных покровов (эпигенология Р.И.Аболина), 2)идеология геохимического ландшафтоведения (А.И.Перельман, Г.Н. Высоцкий), 3) оценка состояния и динамики земель на основе использования стандартных экологических шкал Сучение Л.Г.Раменского о типах земель). Антропогенные воздействия рассматривается им как наложенные на историческую динамику природных систем разного территориального ранга, характеризующихся на разном уровне своей системой экологических реакций на внешние воздействия.

5го теоретические представления легли в основу осуществления конкретных проектов по оценке влияния предприятий нефтедобывающей промышленности, анализу экологического состояния крупного промышленного центра и его окрестностей и ряда других работ подобного типа. Частично результаты этих исследований и теоретические разработки Ю.А. нашли отражение в вышедших под его редакцией сборников "Университетская роща как составная часть ландшафтно-архитектурной структуры города" (Томск, 1990. 60 с). "Экология промышленного города" (Томск, 1992. 67 с), в материалах международной радиоэкологической конференции "После холодной войны: разоружение, конверсия, безопасность" (Красноярск-Томск, 1994, с.88-89).

В последние годы своей научной деятельности Ю.А. идёт дальше и формулирует цели, задачи, предмет и методы региональной экологии. Он возглавляет и наполняет новым содержанием научную тематику лаборатории охраны природы, которая, по его представлениям, и призвана решать экологические и природоохранные проблемы на региональном уровне. Смерть помешала ему в полной мере реализовать задуманное.

Он не жалеет сил и времени для обсуждения с сотрудниками отдела результатов их работ, для многих биологов и почвоведов открывает понятие географического масштаба применительно к их исследованиям, вводит в пространственную и территориальную систему представлений. С готовностью откликается и организует разнообразные формы коллективного обсуждения. Его выступления на семинарах всегда отличались предельной простотой, ясностью и содержали, казалось, бы, простые истины. В эти годы он посвятил себя экологическому образованно сотрудников отдела, обращая основное внимание на наиболее слабо разработанные вопросы пространственного устройства разных уровней организации биосферы, создания единой унифицированной системы оценок экологических состояний и процессов, основанной на реакции живых организмов. Он видел в этом свое основное призвание и обязанность.

Было бы неверно утверждать, что все его идеи безоговорочно принимались. Своими высказываниями он постоянно возбуждал научные дискуссии по многим методическим вопросам экологии, ландшафтоведения, биоиндикации, в ходе которых шло взаимное обогащение участников, развитие научных представлений. Его подвижническая деятельность для многих осталась незаметной. Люди как бы саки доходили до верных решений и формулировок, начинали понимать друг друга и говорить на одном языке в одной системе представлений.

Трудно переоценить значение просветительской деятельности, которую вел Ю.А. на протяжении всей своей жизни, как преподаватель кафедры, как постоянный лектор общества "Знание", как ведущие в области и городе специалист-эколог. Он одинаково доступно, ясно и образно мог вскрыть и объяснить суть важнейших экологических проблем, выступая перед студентами, учителями, работниками высшего и среднего руководящего звена и природоохранных организаций, депутатами, 3 значительной мере его заслугою было изменение отношения работников административных и хозяйственных структур к вопросам охраны окружающей среды.

Мысленно прослеживая весь творческий путь и развитие научных интересов Ю.A., невольно обращаешь внимание на закономерное расширенна и углубление его мировосприятия. Изучение болот и болотного покрова позволили ему проследить все уровни неоднородности географического пространства от осоковой кочки и фитоценоза до биогеоценотической оболочки Земли и на конкретных результатах ощутить разномасштабность времен протекания природных процессов, присущих каждому из этих уровней. Он вплотную подошел к созданий целостной научной концепции - учения о пространственной структуре земных покровов к функционировании биоты Земли в их историческом развитии, которое естественным образом вливается в учение В.И.Вернадского о биосфере, составляющего центральную часть философии естествознания.

© Томский научный центр СО РАН
Государственный архив Томской области
Институт систем информатики СО РАН
грант РГНФ №05-03-12324в
Главная | Архивные документы | Исследования | КСЭ | Лирика | Ссылки | Новости | Карта сайта | Паспорт