Главная Архивные документы
Исследования
КСЭ Лирика
Вернуться
НЕБОЛЬШОЕ ПРЕДИСЛОВИЕ
ИСТОРИЯ СЕМЬИ
О ТОМ ВРЕМЕНИ
ВОСПОМИНАНИЯ ОБ ОТЦЕ
Иллюстрации
Каталог
ИСТОРИЯ СЕМЬИ
Карта сайта Версия для печати
Тунгусский феномен » Исследования » Персоналии » Кулик Леонид Алексеевич » И.Л.Кулик, МОЙ ОТЕЦ - КУЛИК ЛЕОНИД АЛЕКСЕЕВИЧ » ИСТОРИЯ СЕМЬИ

    Леонид Алексеевич Кулик родился 19 августа (1 сентября по новому стилю) 1883 года в г. Дерпте (Тарту, Эстония) в семье врача. В это время мой дед, Алексей Семенович Кулик, после окончания универ­ситета проходил дополнительную подготовку заграни­цей, в Дерптском университете (Вюрцбург, Германия). Практиковал дед в качестве земского врача в г. Бобринце Елизаветградского уезда (ныне Кировоградская об­ласть, Украина), где прошло раннее детство отца.
    В 1894 году дед погиб и семья - бабушка Софья Кирилловна с четырьмя сыновьями - переехала на Урал и обосновалась в г. Троицке Оренбургской гу­бернии (теперь Челябинская область). Еще до гибели деда они собирались переехать на Урал, где дед мечтал открыть кумысолечебницу. Бабушка купила в городе дом вблизи мужской гимназии и участок земли в селе Рождественка. Зиму жили в городе, где дети учились, а на лето выезжали в село.

Революционная молодость

    В Троицке отец окончил гимназию первым учеником и в 1903 г. поступил в Лесной институт в Петербурге, но проучился там не долго. Революционные события и студенческие волнения 1905 г. захватили и его. Он был исключен из института и определился в армию. В по­следующие годы он принимает активное участие в ре­волюционном движении, а дальнейшая учеба отодвига­ется на долгое время.
    В армии (г. Тирасполь) он прошел военную подготов­ку, сдал экзамены, получил чин прапорщика, вышел в от­ставку и вернулся в Троицк (1906 г.).
   Троицк в начале XX века был степным купеческим городком, торговавшим главным образом хлебом и дру­гими продуктами сельского хозяйства с местным насе­лением и соседними районами. Промышленных производств практически не было, соответственно мало было рабочих. В городе действовало «Общество приказчиков и конторщиков города Троицка», которое объединяло большую часть служащих торговых предприятий горо­да, студентов, учеников старших классов. Оно вело на­пряженную борьбу за право своего существования и за право улучшения своего экономического и правового положения. Активными членами этого общества стали братья Кулики.
    В это же время, зимой 1905-06 гг. в Троицке была создана ячейка РСДРП (б), в которую в 1906 г. также вошел Леонид Кулик. Эта революционная организация была малочисленна и слаба. Пропагандистская рабо­та велась в основном через «Общество приказчиков». Стараниями Леонида Кулика был открыт книжный магазин, через который распространяли нелегальную литературу. Кроме общественной деятельности отец работал в газете ночным корректором, занимался в драматиче­ском кружке.

Семейная жизнь

   Вскоре отец познакомился с Лидией Кандарацкой, которая тоже участвовала в работе «Общества приказ­чиков». В 1907 г. они поженились. Позже в одном из стихотворений отец писал: «...Гавань тихую я бы отвел для любви...» Такой «тихой гаванью» стала для него жена.
   Мама моя, Лидия Ивановна Кулик, родилась в г. Троицке 13 февраля (26 февраля нового стиля) 1888 г. в семье конторского служащего Ивана Федоровича и его жены Веры Владимировны Кандарацких. Отец мамы Иван Федорович умер рано, и дети учились в гимна­зии на казенный счет. Поэтому мама закончила только 7 классов, 8-й выпускной казной не оплачивался, а в семье денег на это не было. Училась мама хорошо, осо­бенно преуспевала в математике. Вера Владимировна после смерти мужа зарабатывала, чем могла: вязала кружева, стегала одеяла, давала платные обеды.
    Мама в молодости была привлекательной - ма­ленькая, изящная, с красивыми зеленоватыми глазами и чудесными каштановыми волосами. Она была скром­ная, серьезная, трудолюбивая, мастерица на все руки. Ее жизнь и судьба после замужества тесно связана с судьбой отца. Она стала преданной, любящей женой и всю себя посвятила мужу, его интересам, была верной помощницей во всех делах.
    Семейная жизнь родителей началась в трудные для них времена. Книжный магазин в Троицке, существо­вавший на средства братьев Куликов, не окупался, тор­говля шла вяло, большинство нелегальной литературы раздавали бесплатно. В результате и магазин, и Л. Кулик оказались в долгах. Еще до женитьбы в августе 1906 г. отец участвовал по заданию Челябинской организа­ции РСДРП (б) в освобождении активиста партии из Троицкой тюрьмы. После налета на тюрьму отец сумел благополучно скрыться, но за ним установили слежку. Полиция не раз проводила обыски и в магазине, и в го­родском доме, и на хуторе.
    19 августа 1907 г. они с братом Алексеем были ули­чены полицией в хранении нелегальной литературы и отданы под суд. До суда они оставались под пору­чительство на свободе. Суд состоялся только в 1910 г. Судьба двух других братьев Кулик сложилась тоже не гладко. В 1908 г. за участие в организации РСДРП был арестован и выслан в Архангельскую губернию средний брат Нестор Кулик - студент Казанского университета. Владимир, тоже учившийся в Казани, ареста избежал, оставив Казань и уехав учиться в Варшавский ветери­нарный Институт.
    В результате магазин закрыли. Семья Куликов была разорена. Дом в Троицке пришлось продать. Младший брат Алексей уехал на хутор в Рождественку, где у Куликов был участок земли, и там крестьянствовал. Леонид с женой летом 1908 г. уехал в Миасс, где стал работать лесным кондуктором в Миасской лесной горнозаводской даче. Это давало заработок, на который стала жить молодая семья.
    22 сентября 1908 года в семье родился первый ре­бенок - дочь Зоя. Отец был занят своей новой работой. В его обязанности входили учет и разведка полезных ископаемых восточной части Златоустовского гор­ного округа. Для выполнения этой работы пришлось заниматься самообразованием, знакомиться с геоло­гией, консультироваться в Екатеринбургском музее Уральского общества любителей естествознания.
    Особенно тяжелым выдался 1910 год. 16 апреля 1910 г. мама родила двойню - двух девочек, из кото­рых одна тут же умерла, а другая выжила, ее назвали Еленой.
    У отца в этот год состоялся суд. 5 мая 1910 г. в Челябинске прошло заседание выездной сессии Саратовской судебной палаты, приговорившей братьев Кулик за хранение нелегальной литературы к заключению в крепости: Леонида на 3 недели, Алексея на 4 недели.
    В этот год отец серьезно заболел менингитом. У мамы на руках оказались двое малолетних детей и тя­жело больной муж. Отец поправился, как свидетельст­вуют знакомые, благодаря самоотверженной заботе и тщательному уходу, которыми окружила его жена.
    В 1911 г. семью постигло новое несчастье. Летом умерла старшая дочь Зоя, которой не исполнилось еще и трех лет. Для родителей, надо думать, это было боль­шое горе.

Встреча с В. И. Вернадским

   В 1911г. в Миасс приехала Радиевая экспеди­ция Академии наук под руководством академика В. И. Вернадского. Целью экспедиции были поиски ра­диоактивных минералов. К этой экспедиции был прико­мандирован отец, который к этому времени, проработав уже три года, хорошо знал Ильменские горы, копи, до­роги, разбирался в минералах и местной природе. В экс­педиции участвовали известные минералоги Владимир Ильич Крыжановский и Елизавета Дмитриевна Ревуцкая. Это были культурные, увлеченные наукой люди. Они оживили провинциальную жизнь, и рабо­та с ними оставила неизгладимый след в душе отца. В. И. Вернадский в письме к жене от 11.07.1911 г. писал: «К нам прикомандировывают очень симпатичного жи­вого помощника лесничего Кулика, любителя минера­лов и природы. Он снимет карту и пойдет следом за ра­ботой Елизаветы Дмитриевны (Ревуцкой) и Владимира Ильича (Крыжановского)»1. Отцу была поручена инст­рументальная съемка минеральных копий в Ильменских горах, а после отъезда экспедиции он наблюдал за рабо­чими, получал от них и отправлял в Минералогический музей Академии наук в Петербург добытые минералы, информировал музей о ходе работ, составлял опись по­сылаемых образцов. К концу работы Радиевой экспеди­ции в 1912 г. выяснилось, что отец нужен для обработки данных съемки и минералогических материалов.
    В Миассе отец находился под надзором поли­ции после суда и не имел права проживать в столицах. Владимир Иванович добился разрешения приехать отцу в Петербург и поступить учиться в университет. Так встре­ча с В. И. Вернадским перевернула жизнь родителей.

Петербург. Работа, учеба

    В августе 1912 г. родители переехали в Петербург. Они поселились на Васильевском острове, недалеко от университета и оба стали работать в Геологическом и минералогическом музее Академии наук. Летом 1913 и 1914 гг. отец ездил в Миасс и продолжал участвовать в работах Радиевой экспедиции.
    Мама, как и отец, мечтала учиться дальше, но замуже­ство, дети.... И тольк теперь, по приезде в столицу, появи­лась у них возможность продолжить образование. Маме, чтобы поступить в высшее учебное заведение, необхо­димо было закончить 8-й выпускной класс гимназии. В мае 1914 г. она окончила Одногодичный педагогический класс частной гимназии по специальности математика. Осенью того же года мама поступила на физико-мате­матическое отделение Высших женских курсов. Но спо­койно учиться ни ей, ни отцу не пришлось. Летом 1914 г. началась 1-я Мировая война. Отца мобилизовали. И все три военных года мама работала и училась. Весной, когда надо было сдавать экзамены, она отвозила дочь Елену на Урал к родственникам. Так мама сдала экзамены за 1-й, 2-й и частично за 3-й курсы. Обстановка в стране была труд­ная, тревожная. В 1917 г. после Февральской революции Высшие женские курсы закрыли. Дальнейшие события не позволили маме закончить высшее образование.

1-я Мировая война

    В 1-ю Мировую войну отец служил в 20-м драгун­ском Финляндском полку, участвовал в боевых действи­ях. За боевые заслуги награжден орденами Святой Анны 3-й степени и Святого Владимира. Серьезно ранен не был, хотя немного крови ему все-таки пришлось пролить.
   А произошло это следующим образом. С группой солдат ему надо было преодолеть заграждение из колю­чей проволоки. Они доползли до заграждения и стали резать проволоку, делая в ней проход. Его сосед как-то неудачно обрезал проволоку, она свернулась и своим острым концом впилась отцу в веко. Глаз, слава Богу, не пострадал, но веко было разорвано и на нем остался шрам в виде белого узла. Я этот шрам хорошо помню, да и рассказал отец эту историю потому, что я его спро­сила, откуда у него это пятно на веке.
    В 1916 г. отец получил чин поручика, а 1 июля 1917 г. он был возвращен с фронта и зачислен лаборантом в Центральную научно-техническую лабораторию Военного ведомства. Теперь они с мамой опять были вместе, военные опасности отцу не угрожали, но их ждали другие испытания.

Снова на Урале

    До конца 1917 г. мама продолжала работать в Минералогическом музее АН. Весной, в мае 1918 г. отец отвез семью из голодного Петрограда на Урал в Троицк. А вскоре и сам приехал туда, будучи командирован Военным ведомством и АН на Средний и Южный Урал для исследования месторождений неорганических кра­сителей. С этой целью он путешествовал по приискам и заводам, но регулярно возвращался в Троицк к семье и где он оставлял собранный материал. Шла Гражданская война, которая докатилась и до Урала. Наступление бело-чехов отрезало Урал от центральных областей. Екатеринбург, Челябинск, Троицк и другие города заня­ли белогвардейские войска. Командировка у отца была по август и в сентябре он вернулся в Троицк. Но 20 ок­тября 1918 г. вышел приказ по гарнизону г. Троицка о мобилизации офицеров. Отцу пришлось скрываться. Он кочевал по дальним приискам до ноября, до самого снега, продолжая собирать научные материалы. Зиму 1918—19 гг. родители провели в Челябинске (в Троицке отца все знали), где мама стала преподавать в школе.
    За лето 1918 г. отец собрал много полевого мате­риала - образцов горных пород. Их надо было обраба­тывать и отец решил перебраться в Томск, где в универ­ситете была для этого научная база, а от Петрограда он был отрезан линией фронта. В декабре 1918 г. он отпра­вился в Екатеринбург и оттуда уехал в Томск с основ­ными, вероятно, самыми ценными материалами, куда прибыл с грузом 16 января 1919 г. Он поступил рабо­тать ассистентом при кафедре минералогии Томского университета. Он рассчитывал обработать свои поле­вые материалы и продолжить учебу в университете.  Но часть образцов осталась в Троицке. Добравшись до Томска и устроившись там, он вызвал жену.
   В июле 1919 г. мама с Еленой направились в Томск. У них собрался порядочный багаж: 2 места домашних вещей и 5 ящиков с отцовскими образцами. Мама от­правила этот багаж из Троицка 19 июля, но, приехав в Томск, так его и не получила: все вещи пропали, в том числе ящики с образцами.

В Томске

    В Томске родители жили на Черепичной улице, дом 15, кв. 2, потом на Монастырской, дом 25, кв. 5. Мама тоже поступила на работу в Томский университет каталогиза­тором в минералогический музей, где проработала все время пребывания в Томске (01.11.1919 - 15.01.1921).
   В марте 1919 г. отец был опознан сослуживцами по германскому фронту и предан Военно-полевому суду за уклонение от мобилизации. До суда его направили в 1-й Томский кадровый кавалерийский полк, но дело удалось затянуть до эвакуации белых из Томска. С конца ноября отец был освобожден от занятий в полку по болезни и до середины декабря работал в университете. Но 15 декабря был снова затребован в полк, а на следующий день полк выступил из Томска В январе 1920 г. полк сдался 2-й бри­гаде 30-й дивизии 5-й армии и отец попал в ряды Красной армии. После длительной переписки штаба 30-й дивизии со штабом 5-й армии 20 марта 1920 г. отец получил, нако­нец, удостоверение, что Реввоенсоветом 5-й армии ему разрешено, состоя на учете у военкомата Томского уез­да, продолжать работу в Томском университете, а 28 мая 1920 г. Томским ГубЧК дело отца было прекращено и сня­ты все препятствия к поступлению на службу.
    В это тревожное время в начале 1920 г. у мамы ро­дилась дочь Ксения, которая прожила недолго. В слож­ной, нервозной и голодной обстановке тех лет трудно было выносить и родить здорового ребенка.
   В конце мая 1920 г. отец в составе минералогической экспедиции, руководимой профессором С. М. Курбатовым, заведующим кафедрой минералогии Томского универси­тета, отправился в Енисейскую губернию. Они работали в Минусинском уезде по левому берегу Енисея между рекой Абакан и параллелью озера Шира. В этой поездке участво­вала и мама. Отец взял их с Еленой с собой, так как расста­ваться в такое беспокойное время не безопасно, да и маме после всего пережитого за последний год требовалась сме­на обстановки. Они передвигались на подводах, объездили весь край и в конце лета вернулись в Томск. Это была ма­мина первая и последняя работа в полевых условиях.

Возвращение в Петроград

    8 декабря 1920 г. отец получил отношение из Петрограда от Геологического и минералогического музея Академии наук с требованием вернуться в Петроград к ис­полнению своих обязанностей. Отношение подписал ди­ректор музея академик А. П. Карпинский. Возвращались в Петроград через Омск. 9 февраля 1921 г., получив мно­гочисленные разрешения от разных ведомств, наконец, приобрели два билета на поезд до Омска. В Омске при­шлось задержаться. У отца было поручение в Петроград от Томского отдела народного образования. В Омске он тоже побывал в Сибирском отделе народного образо­вания, о чем есть отметка в его проездных документах. Только 2 марта удалось отправиться дальше.
    В Петрограде новые заботы. Отцу надо получить от­срочку от призыва в Красную армию. В то же время он еще числится на службе в Петроградской окружной военно-технической комиссии. 17 марта 1921г. выходит поста­новление этой комиссии о командировании Л. А. Кулика в распоряжение Геологического и минералогического му­зея АН на должность научного сотрудника.

Посвящение в метеоритику

    В Петрограде родители поселились на Васильевском острове по адресу: Тучков переулок, дом 18, кв. 6. Характер работы у обоих меняется. Еще в 1918 г. по инициативе Академии наук отец впервые выезжал на место падения метеорита вблизи г. Кашина, где провел обследование места и опрос очевидцев.
    К изучению метеоритов и космической пыли как послан­цев Космоса большой интерес проявлял В. И. Вернадский. В 1921 г. он создал и возглавил при Минералогическом му­зее метеоритный отдел, а Л. А Кулик стал научным сотруд­ником отдела и целиком переключился на изучение метео­ритов. В. И. Вернадский упорно хлопочет об организации экспедиции по сбору сведений и метеоритов по всей стране. Несмотря на очень трудное время, ему удается получить деньга и специальный вагон (теплушку) для экспедиции, которая под руководством Л. А. Кулика объехала полстра­ны и собрала данные о падениях и образцы многих метеори­тов, в том числе первые достоверные сведения о Тунгусском метеорите. Исследование же места падения Тунгусского ме­теорита началось только в 1927 г., когда была организована Академией наук специальная экспедиция под руководством Л. А. Кулика. Эта экспедиция проложила путь к месту взры­ва через глухую тайгу, где ее участникам предстала гранди­озная картина разрушений в тайге, и был найден центр лес­ного вывала Вот как поэтически отец описал это открытие.

                                                     ЦЕНТР ПАДЕНИЯ

На перевале я разбил второй
Свой сухопутный лагерь,
И стал кружить по цирку гор
Вокруг Великой котловины.
Сперва на запад, десять километров
Пройдя по гребням гор;
Но бурелом на них
Лежал уже вершинами на запад.
Огромным кругом обошел
Всю котловину я горами к югу;
И бурелом, как завороженный,
Вершинами склонился тоже к югу.
Я возвратился в лагерь,
И снова по вершинам гор
пошел к востоку,
И бурелом вершины все свои
Туда же отклонил.
Я силы все напряг и снова вышел к югу,
Почти что к Хушмо:
Лежащая щетина бурелома
Вершины завернула тоже к югу...
Сомнений не было:
Я центр паденья обошел вокруг!
Струею огненной из раскаленных газов
И холодных тел
Метеорит ударил в котловину
С ее холмами, тундрой и болотом,
И, как струя воды,
Ударившись о плоскую поверхность,
Рассеивает брызги
На все четыре стороны,
Так точно и струя
Из раскаленных газов с роем тел
Вонзилась в землю,
И непосредственным воздействием,
А также взрывной отдачею произвела
Всю эту мощную картину разрушенья

                                                    1927 г.

    В 1928, 1929 и 1930 гг. были продолжены экспеди­ции на Место падения Тунгусского метеорита с целью выявления условий его падения и поиска.2 Высокую оценку этой работы Кулика Вернадский дал в своей статье «Об изучении космической пыли»3.
    В Петрограде родители снимают комнату. Мама ра­ботает; Елена учится в школе. Отец работает и закан­чивает учебу в университете. В 1924 г., сдав последние экзамены, он получает, наконец, диплом о высшем об­разовании. Жизнь налаживается.
    В этом же году родители обретают собственную квар­тиру на Петроградской стороне по улице Введенской (теперь улица Олега Кошевого), дом 19, кв. 46. Там семья прожила 10 лет до переезда в Москву. 28 мая 1925г. роди­лась последняя дочь - Ирина4). Елене уже 15 лет. Жить трудно, заработков родителей нехватает. Отец ищет до­полнительный заработок и поступает в Российский гид­рологический институт адъюнктом - гидрологом, где ве­дет работы по химическому исследованию минеральных отложений горячих источников Туркестана и озерным грунтам. Проработал он там с 01.07.1924 по 01.11.1926 гг. Дальше продолжать эти работы отец не смог, так как объем работы по метеоритам в Академии наук сильно возрос и началась подготовка к экспедиции на Тунгуску.

Библиотека в Хибинах

    Мама в библиотеке хорошо освоилась и благодаря ее трудолюбию и аккуратности стала хорошим специа­листом в области геологической литературы.
    В библиотеке у мамы я неоднократно встречала В. И. Вернадского. В обязанности мамы входило и об­служивание академиков, которым она подбирала кни­ги. Для Вернадского на столе всегда лежала аккуратная стопка книг на разных языках, которые трогать нико­му не разрешалось. Он приходил за ними или сам, или присылал кого-нибудь.
    В это время академик А. Е. Ферсман, известный ми­нералог, вел большие работы в Хибинах на Кольском по­луострове. Началась промышленная разработка откры­тых им месторождений апатитов. В Хибиногорске по его инициативе возник научный центр, которому нужна была своя библиотека. Для организации этой библиотеки и на­лаживания ее работы Ферсман пригласил маму, которую хорошо знал еще по Минералогическому музею.
    Весной 1931 или 1932 г. мама уехала в командиров­ку в Хибины. Приглашение это было для нее неожидан­ным и они с отцом много обсуждали эту поездку. Отец одобрял ее и успокаивал маму, что дома без нее будет все в порядке. И мама уехала на целый месяц или даже боль­ше. Ферсман ее работой в Хибинах остался доволен.

Переезд в Москву

    В конце сентября 1934 года мы - отец, мама и я -переехали в Москву, куда перевели Академию наук. Первое время в Москве мы жили в отцовском кабинете в Ломоносовском институте в Старомонетном переул­ке. В конце года получили квартиру на 1-й Мещанской улице, дом 130, кв. 23 (это напротив Рижского вокзала) и переехали туда.
    Жилье оказалось далеко от места работы и родите­лям приходилось ездить на нескольких транспортах с пересадкой в центре города. Это было утомительно и от­нимало много времени. В Ленинграде они всегда жили близко от места службы и ходили, обычно, пешком.
    В эти годы отец часто бывал в командировках и ак­тивно пополнял коллекцию метеоритов Академии наук как за счет вновь найденных метеоритов, так и приобре­тенных по обмену с другими учреждениями. Он пишет много статей в научные журналы и в газеты. В 1935 г. выходит в свет его монография «Каменный метеорит Жигайловка». В ноябре 1935 г. отцу присуждают уче­ную степень кандидата геологических наук за совокуп­ность работ по метеоритам.
    В 1937 г. отец ездил на Подкаменную Тунгуску для организации аэрофотосъемки места падения метеори­та. Но попытка была неудачной. В 1938 г. аэросъемку, наконец, удалось осуществить. Летом 1939 г. состоя­лась очередная и последняя экспедиция на Тунгуску  под руководством отца, основной целью которой было геодезическое обеспечение аэросъемки. В эту экспеди­цию отец взял старшую дочь Елену.

II-я Мировая война

    1941 год начался вполне удачно - в семье все благо­получно, отец в длительные командировки не собира­ется (Тунгуска отложена на 1942 год), намечается инте­ресная поездка в Эстонию к профессору Рейнвальду.
    Все как в 1914 г., когда для родителей открылась долгожданная перспектива дальнейшего образования. Но, как и тогда, радужные надежды оборвала война, вторая большая война, выпавшая на их жизнь.
   Она началась 22 июня 1941 г. Гитлеровцы наступа­ют широким фронтом по всей протяженности западной границы. Уже захвачены многие города Белоруссии. Фронт стремительно приближается к Москве.
   2 июля в Москве вышло постановление об организа­ции Народного ополчения. По всей стране идет массовая мобилизация. Отец мобилизации не подлежит по воз­расту: в сентябре - 58 лет. И он вступает в ополчение.
    7 июля 17-я стрелковая дивизия Народного опол­чения была сформирована и ее выводят за город в рай­он Бутово, где ополченцы учатся рыть окопы, изуча­ют оружие. 20 июля дивизия передислоцируется под Малоярославец в составе 33-й армии Резервного фронта.
    2 октября фашистские танковые части двумя клиньями из районов Духовщины и Рославля прорва­ли нашу оборону и стремительно наступают в направ­лении на Вязьму. Наши отходящие войска немцы не­щадно бомбят. 6 октября в одну из таких бомбежек отец был ранен осколком в ногу. Здесь, в районе западнее Вязьмы, многие наши части были окружены и попали в плен. В лагере для военнопленных оказался и отец. 14 апреля 1942 г. он скончался от тифа и был похоронен в Спас-Деменске Калужской области на старом город­ском кладбище рядом с братской могилой.

1. В. И. Вернадский  Страницы автобиографии, - М. «Нау­ка». - 1981, с. 248. 
2. Эти экспедиции подробно описаны в книгах: Ю. Л. Кандыба «Трагедия Тунгусского метеорита», Красноярск, 1998;
В. А. Кулик-Павский  «Жизнь без легенд», ООО «Принт», Волгоград, 2003 и др.
3. В. И. Вернадский  Об изучении космической пыли. //Мироведение. - 1932. - № 5. - С. 32-41.
4. Ирина Леонидовна Кулик, автор этих воспоминаний.

© Томский научный центр СО РАН
Государственный архив Томской области
Институт систем информатики СО РАН
грант РГНФ №05-03-12324в
Главная | Архивные документы | Исследования | КСЭ | Лирика | Ссылки | Новости | Карта сайта | Паспорт