Главная Архивные документы
Исследования
КСЭ Лирика
Вернуться
ПРЕДИСЛОВИЕ
§1. Газетные сообщения
§2. Показания, собранные Л.А. Куликом. 1921-1927 гг.
§3. Показания, собранные С.В. Обручевым
§4. Показания, собранные А.В. Вознесенским
§5. Показания, собранные И.М. Сусловым в 1926 году
§6. Показания, собранные Л.А. Куликом до 1941 года
§7. Непосредственные окрестности эпицентра: пос. Ванавара и близлежащие фактории
§8. Река Подкаменная Тунгуска от пос. Оскоба до ее устья
§9. Бассейн р. Нижняя Тунгуска в среднем и нижнем ее течении
§10. Бассейн р. Ангара
§11. Верховья Нижней Тунгуски, бассейн р. Вилюй
§12. Южные районы Красноярского края
§13. Верховья и среднее течение р. Лены
§14. Среднее течение р. Енисей
§15. Горная Шория
§16. Прибайкалье
§17. Томская область
§18. Юг Якутии
§19. Алтайский край
§20. Материалы И.И. Суворова
§21. Некоторые замечания к показаниям
ПРИЛОЖЕНИЕ
Литература
Каталог
§5. Показания, собранные И.М. Сусловым в 1926 году
Каталог Карта сайта Версия для печати
Тунгусский феномен » Исследования » Монографии » Васильев Н.В., Ковалевский А.Ф., Разин С.А., Эпиктетова Л.Е., Показания очевидцев тунгусского падения » §5. Показания, собранные И.М. Сусловым в 1926 году

"И я видел, и вот, бурный ветер шел от севера, великое облако и клубящийся огонь, и сияние вокруг него, а из средины его как бы свет пламени из средины огня".
Книга пророка Иезекииля, Гл. 1, ст. 4,5.

Побывав в 1926 году на факториях Ванавара, Тетерэ (на Подкаменной Тунгуске) и на фактории Стрелка (на р. Чуня), И.М. Суслов опросил около 60 эвенков. Свои данные он изложил в статье [7]. В 1967 году для сборника статей "Проблема Тунгусского метеорита" И.М. Суслов написал новую статью [8], в которой приводил некоторые новые подробности. Ниже мы приведем почти полностью статью [8], дополняя её некоторыми сведениями из [7]. Номера показаний в статье [8] проставлены нами для разделения отдельных описаний явлений и для статистики наблюдений. Итак, статья И.М. Суслова "Опрос очевидцев Тунгусской катастрофы в 1926 году".

1). "Первые сообщения о Тунгусской катастрофе 30 июня 1908 года я услышал месяца через 2-3 после этого события. То были годы моей гимназической юности в городе Енисейске. Очевидцами были рабочие, старатели и арендаторы золотых приисков, находившиеся к северу-востоку от города Енисейска, в тайге за 250-300 км., ангарские крестьяне и рыбаки. С помощью преподавателя гимназии Р.А. Френкеля я пытался определить приблизительное географическое положение центра падения (или взрыва) метеорита и выявить возможные пути проникновения в этот район.

2). В 1912 году я окончил гимназию и уехал из Енисейска. Исследования показаний очевидцев пришлось прекратить. Но в 1924-1925 гг. я возобновил эту работу в селах реки Ангары и частично на факториях Подкаменной Тунгуски, где мне как председателю Красноярского Комитета содействия народам Севера, пришлось бывать в зимнее время для подготовки выборов первых органов Советской власти в Эвенкии - Родовых советов и Родовых судов. Для организации и проведения Мунняка (собрания избирателей) я выехал в марте 1926 года на реку Чуню.

Недалеко от фактории Ванавара я встретил чум эвенка Ильи Потаповича (Лючеткана), в семье которого жила вдова его брата Ивана - Акулина. В июне 1908 года их чум стоял на устье реки Дилюшмо при впадении её в р. Хушма (река Дилюшма впадает не в реку Хушму, а в реку Чамбэ, недалеко от устья Хушмы - Авт.). Акулина так рассказала об этом событии:

-В чуме нас было трое - я с мужем Иваном и старик Василий, сын Охчена. Вдруг кто-то сильно толкнул наш чум. Я испугалась, закричала, разбудила Ивана, мы стали вылезать из спального мешка. Видим, вылезает и Василий. Не успели мы с Иваном вылезти и встать на ноги, как кто-то опять сильно толкнул наш чум, и мы упали на землю. Свалился на нас и старик Василий, будто кто-то его бросил. Кругом был слышен шум, кто-то шумел и стучал в эллюн (замшевая покрышка чума). Вдруг стало очень светло, на нас светило яркое солнце, дул сильный ветер. Потом кто-то сильно стрелял, как будто зимой лед лопнул на Катанге, и сразу налетел Учир-плясун, схватил эллюн, закрутил, завертел и утащил куда-то. Остался только дюкча (остов чума из 30 шестов). Я испугалась совсем и стала бучо (потеряла сознание), вижу пляшет учир (смерч). Я закричала и сразу живой опять стала (очнулась).

Учир свалил на меня дюкча и ушиб шестом ногу. Вылезла я из-под шестов и заплакала: сундук с посудой выброшен из чума, и он валяется далеко, раскрыт и многие чашки разбиты. Смотрю я на лес наш и не вижу его. Многие лесины стоят без сучьев, без листьев. Много-много лесин на земле лежит. На земле горят сухие лесины, сучья, олений мох. Смотрю какая-то одежда горит, подошла и вижу - наше заячье одеяло и наш меховой мешок, в котором мы с Иваном спали.

Пошла я искать Ивана и старика. Смотрю, на сучке голой лиственницы что-то висит. Подошла, протянула палку и сняла. Это была наша пушнина, которая раньше висела привязанной к шестам чума. Лисьи шкурки обгорели, горностай стал желтоватым и грязным, в саже. Многие шкурки булок сморщились и пересохли.

Взяла я пушнину, заплакала и пошла искать мужиков своих. А на земле сушняк все горит и горит, олений мох горит, дым кругом.

Вдруг слышу кто-то тихо стонет. Побежала я на голос и увидела Ивана. Лежал он на земле между сучьев большой лесины. Рука его сломалась на бревне, кость прорвала рубашку и торчала, на ней засохла кровь. Тут я упала и опять стала бучо. Но скоро опять живая стала. Иван "проснулся", громче стонать стал и плакать.

Учир бросил Ивана близко. Если поставить рядом десять чумов, то он упал за последним чумом, совсем близко от того места, где я сняла с сучка пушнину*.

Обнял меня Иван за шею здоровой рукой, я подняла его, и мы пошли на Дилюшму к нашему чуму, где в лабазе были две шкуры сохатых, мешок муки и сети. Чум стоял на берегу Дилюшмы, лабаз был близко от чума на закат солнца. Вдруг послышалось будто кто-то кричит. И тут мы увидели нашего Василия. Он залез под корень упавшей старой лиственницы и спрятался там. Вылез Василий из своей берлоги и пошел с нами к нашему чуму. Я устала, передала Ивана старику, а сама понесла только обгорелые шкурки.

Идти стало ещё тяжелее: очень много было сваленных лесин. Вдруг мы увидели на земле рубленные бревна и под ними сохатиные шкурки. Шерсть на шкурах обгорела, кожа сморщилась и подгорела. Вместо сетей мы увидели кучку камешков - грузила. Сети из конского волоса сгорели. Бревна сгорели, стали головешками. Вместо мешка муки - черный камень. Ткнула я в него палкой и камень-уголь разломался. В середине его я нашла немного муки и завернула в рубашку Василия. Так погиб наш лабаз. Отдохнули мы немного и пошли искать наш чум.

Вот и место, где был наш чум. Шесты лежат на земле, на них упала большая лесина, она сильно обгорела. Разрубила я её топором и оттащила в сторону. Под ней мы нашли наш медный котел, в котором было много вчерашнего мяса.

Наступила светлая летняя ночь, пожар стал уменьшаться. Вместо жары стало холодно. Решили мы двигаться на Катангу. Когда мы вышли на реку ЧАМБУ, то были уже совсем слабыми, кругом мы видели диво, страшное диво. Лес-то был не наш. Я никогда не видела такого леса. Чужой он какой-то. У нас тут был густой лес, старый лес. А теперь во многих местах совсем не было леса. На горах все лесины лежали, и было светло, и далеко все видно. А под горами в болотах идти нельзя было: которые лесины стояли, которые лежали, которые наклонились, которые друг на друга упали. Многие лесины обгорели, сушняк и мох ещё горели и дымились. Выйдя на Катангу, мы встретили Лючеткана.

Рассказ Акулины я передал в сокращенном виде, опуская подробности, не имеющие непосредственного отношения в данным о Тунгусской катастрофе".

На Стрелке р. Чуни И.М. Суслов встретил упоминаемого в этом показании старика Василия Охчена, жившего в момент падения метеорита в чуме Ивана и Акулины. Будучи опрошенным Сусловым через две недели после Акулины, он рассказал то же самое, что и она [7].

3). На среднем течении р. Аваркитта в момент катастрофы стоял чум детей умершего тунгуса Подыги: Чекарена, Чучанчи и Налеги. С двумя из них Суслов беседовал, о чем он сообщает [8]:

"Из фактории Ванавара я отправился на Стрелку Чуни. Там и встретился с братьями Чучана и Чекарен из рода Шанягирь.

В момент катастрофы 1908 года их чум стоял рядом с чумом отца в среднем течении речки Аваркитты. Оба брата оказались интересными и толковыми собеседниками и рассказчиками. Они сносно говорили по-русски, на специфическом ангаро-тунгусском жаргоне. По существу Чучанча повторил то же, что рассказала Акулина, но по моей просьбе он постарался припомнить сколько было громовых ударов - "агдыллян", и какой они были силы. По его словам он насчитал пять ударов.

-Наш чум тогда стоял на берегу Аваркитты. Перед восходом солнца мы с Чекареном пришли с речки Дилюшма, там мы гостили у Ивана и Акулины. Мы крепко уснули. Вдруг проснулись оба сразу: - кто-то нас толкал. Услышали мы свист и почуяли сильный ветер. Чекарен ещё крикнул мне: "Слышишь как много гоголей летает или крохалей?". Мы оба были ведь ещё в чуме и нам не видно было, что делается в лесу. Вдруг меня кто-то опять толкнул, да так сильно, что я ударился о чумовой шест и упал потом на горячие угли в очаге. Я испугался. Чекарен тоже испугался, схватился за шест. Мы стали кричать отца, мать, брата, но никто не отвечал. За чумом был какой-то шум, слышно было, как лесины падали. Вылезли мы с Чекареном из мешков и уже хотели выскочить из чума, но вдруг очень сильно ударил гром. Это был первый удар. Земля стала дергаться и качаться, сильный ветер ударил в наш чум и повалил его. Меня крепко придавило шестами, но голова моя не была покрыта, потому, что эллюн задрался. Тут я увидел страшное диво: Лесины падают, хвоя на них горит, сушняк на земле горит, мох олений горит. Дым кругом, глазам больно, очень жарко, сгореть можно.

Вдруг, над горой, где уже упал лес, стало сильно светло, и, как бы тебе сказать, будто второе солнце появилось, русские сказали бы вдруг неожиданно блеснуло, глазам больно стало, и я даже закрыл их. Похоже было на то, что русские называют - молния. И сразу же был агдыллян, сильный гром. Это был второй удар. Утро было солнечное, туч не было, наше солнце светило ярко, как всегда, а тут появилось второе солнце!

С трудом мы с Чекареном вылезли из-под шестов и эллюна. После этого мы увидели, будто вверху, но уже на другом месте, опять сверкнуло и сделался сильный гром. Это был третий удар. Налетел на нас ветер, с ног сбил, о валеную лесину ударил.

Следили мы за падающими деревьями, видели, как ломались вершины их, на пожар смотрели. Вдруг Чекарен закричал: "Смотри вверх" и показал рукой. Посмотрел я туда и опять молнию, блеснула она и опять ударила, агдыллян сделала. Но стук был маленько меньше, чем раньше. Это был четвертый удар, как обычный гром.

Теперь я хорошо вспомнил, что был ещё один удар, пятый, но он был маленький и где-то далеко.

-А в какой стороне вы слышали этот последний, пятый гром? -спросил я братьев.

-Там, где солнце спит ночью, однако-то там, где Таймура-река есть, - ответил Чучанча.

Я попытался количественно оценить промежуток времени между первым и вторым ударами. Это можно было сделать путем сравнения с каким-то обычным и понятным для эвенков-охотников отрезком времени.

Я решил использовать эффект эхо. За несколько дней до этого я производил маршрутную съемку окрестностей стрелки р. Чуни. Один из маршрутов был по реке Чунку-кан Северная, где неподалеку от Стрелки была расположена скала. Я привел братьев Шанягирь на обрыв скалы "бырка", с которой открывался вид на место слияния двух рек Чунку-кан в одну Чуню и на скалу. Расстояние между скалами составляет 1020 метров.

-Вот смотрите туда, - сказал я братьям. Тебя, Степан Иванович, я попрошу выстрелить дуплетом в сторону той скалы на Чунку-кан. Сначала мы услышим выстрел, что будет как бы первый удар грома, а затем эхо - это будет второй удар. А вы замечайте - длинный или короткий был промежуток между выстрелами и эхо.

Мы спустились к воде. Чучанча и Чекарен стреляли несколько раз по очереди, а я замечал время. Эхо, как и должно быть, появилось через 6 секунд. А братья оба заявили, что именно такой, "самый такой" промежуток времени и был между первым и вторым ударами грома".

Итак, по показаниям братьев Шанягирь, картина была такова: раздался шум, свист, начали падать деревья. Возможно, что это было следствием прихода баллистической волны. Затем раздался резкий удар, разрушения усиливаются и продолжаются. Затем братья отмечают как последовательно, одна за другой (возможно, с промежутком в несколько секунд) блеснули три вспышки-молнии и вслед за ними раздавались удары. Можно подумать, что и первый удар сопровождал вспышку. Кроме того, братья услышали и отдаленный слабый пятый удар. Но что это за вспышки? Взрывы? Может быть, но отметим, что кроме упомянутых братьев ни один очевидец не видел нескольких вспышек. Не исключено и то, что братья, крайне перепуганные (что совершенно естественно), вполне могли перепутать и последовательность явлений и число ударов и принять за вспышки отблеск какого-либо пожарного очага.

4). "Перед закрытием Мунняка я обратился ко всем избирателям с целью проверить факты, сообщенные Акулиной, стариком Василием и братьями Чучанчи и Чекареном и, кроме того, получить новые сведения. Сделать это было затруднительно, так как я знал, что эвенки объясняют катастрофу 1908 года местью шамана Маганкана, осуществленной стаей железных птиц Агды. Опровергать такое представление тогда было совершенно безнадежным делом, тем более, что присутствовавший на Мунняке старик Василий из рода Шанягирь, по убеждению эвенков, "сам видел" этих птиц. "видел", как они гремели, шумели, ударяли громко".

Поэтому необходимо было искать какой-то обходной путь для вызова избирателей на разговор, который привел бы к нарушению религиозного "табу". Я обратился к делегатам с просьбой рассказать подробнее, кто пострадал от катастрофы, где начинается и кончается вывал леса, видел ли кто-нибудь из присутствующих ямы в земле, которых до падения метеорита не было.

Между сидящими на поляне эвенками начались оживленные разговоры и даже какой-то крупный спор, потом стал говорить старик Улькиго - сын Люрбумана из рода Шанягирь. Старому Улькиго было, говорят, восемьдесят лет.

-Чум моего отца Люрбумана стоял на берегу реки Чамба, недалеко от её устья. В чуме жили мой отец с женой и четверо наших детей. Вдруг рано утром собаки завыли, дети заплакали. Жена, я и старик проснулись и диво увидели, слушать стали, кто-то стал стучать в землю под нами, качать чум. Выскочил я из мешка и одеваться стал, вдруг кто-то сильно толкнул землю. Я упал и закричал, ребята закричали, заплакали, выскочили из спальных мешков. Маленько ранее кто-то шибко стрелял из ружей. Старик Люрбуман говорил, однако-то у ручья Чургима скала упала. Вдруг опять кто-то будто в землю ударил, стукнул шибко, в чуме с места медный чайник упал, и кто-то ангарский гром сделал*. Оделся я скоро и выбежал из чума. Утро было солнечное, безоблачное, жарко! Стал смотреть я вверх, на гору Лакуру. Вдруг на небе шибко сверкнуло и ударил гром. Я испугался и упал. Гляжу, ветер лесины роняет, на земле огонь сушняк палит. Слышу, шум где-то. Вскочил я на ноги, вижу бегут к Катанге два сохатых с теленком и два оленя. Страшно стало, пошел я к своему чуму. В это время налетел Учир, схватил эллюн и бросил к речке, остался только люкча. Около него сидели на поваленной лесине мой старик, жена моя и челядишки (ребятишки).

Смотрим мы в ту сторону, где солнце спит (т.е. на север). Там диво какое-то делается, кто-то там опять будто стучит. В стороне речки Кимчу - дым большой, тайга горит, жар оттуда идет сильный. Вдруг где-то далеко, далеко, где речка Чунку-кан, в той стороне опять гром сильно стукнул, и там поднялся дым.

Пошел я посмотреть ту сторону, откуда звери бежали и жар шел. Там увидел я страшное диво. Тайга вся упала, много лесин на земле горело, трава сухая, сухие сучки горели, листья на лесу все засохли. Было очень жарко, много дыма, глаза выедал дым, совсем смотреть нельзя было. Совсем испугался я и побежал назад к Чамбе, к нашему чуму. Рассказал я отцу все, что видел, он испугался и умер. В тот же день мы его похоронили по нашей тунгусской вере".

В этом рассказе старика Улькиго указывается на вывал и пожар леса недалеко от устья Чамбы. Между тем тщательные исследования вывала леса в 1961 и последующих годах никаких его следов так далеко от эпицентра не обнаружили. В связи с этим и другими несоответствиями приведем цитату из ранней статьи Суслова [7]:

"Рассказы тунгусов о каком-либо событии вообще требуют всегда большой проверки, а тем более о чем-то сверхъестественном, а в данном случае даже о катастрофе, когда многие из них лишились сознания и были контужены сотрясением воздуха. Поэтому, пользуясь случаем сбора на съезде 60 тунгусов, происходившем с 1 по 4 июня 1926 года на Стрелке реки Чуни, мною был произведен официальный опрос всех присутствующих. Этот опрос и дает чрезвычайно ценные сведения".

5). "Слышались заявления: "палил лес"; "кончал лабазы", "кончал оленей"; "портил людей" (контузия); "кончал собак"; "валил тайгу"; "лес падал вершинами Нербогачен-ду" (т.е. к Нербогачену, на северо-восток); "одна большая яма была обнаружена далеко от речки Дилюшмо к северо-востоку, не доходя до вершины южной Чуни, если идти от Дилюшмо"; "принес с собою болезнь на оленей, особенно царапку (чесотку), чего до появления огня не было". Рассказы Лючеткана, Акулины, Василия Охчена, Андрея Онкоуля, Чучанчи и Чекарена были подтверждены всеми.

Любопытно отметить, что все они охотно отвечали на вопросы и сами рассказывали о всех подробностях постигшего их несчастья и вместе с тем выразили готовность показать любое место, связанное с падением метеорита" [7]. Об этом же, с небольшими дополнениями говорится и в [8]:

"Многие другие эвенки, присутствовавшие на Мунняке, говорили примерно следующее: "Птицы агды стукали много раз, сильно стукали. Агдыллян (гром) стукал, ангарский гром удары делал, таньга - пять ударов делал. Пактырун - стрелял будто. Палил лес, лесины валил однако-то Учир. Эллюн Акулины совсем утащил куда-то, эллюн чума Улькиго на реку кинул. Одын (буря)* дюкча валил, белку Акулины кончал. Кончал, палил, валил лабазы. Кончали агды оленей, собак кончали, людей портили - три люди помирал совсем: Люрбуман, Иван Мачакугырь, брат Лючеткана, руку крошил и помер, шаман Уйбан сразу бучо, помер на Лакуре".

А потом последовали персональные заявления.

6). Андрей Онкуль: "Оленей искал я между речкой Лакурой и речкой Кимчу. Там видел яму и от нее сухую речку. Это - гора Лакура. До "кручины" там не было этой ямы, не было и "сухой речки" (борозды).

Добавим, что Н. Онкуль видел (?) "сухую речку" и глубокую яму больших размеров (о которой раньше тунгусы ничего не знали), приблизительно на половине между реками Кимчу и Хушмо. В 1926 году эта яма уже поросла молодым леском [7].

7). Молок Куркагырь: "Полдня нюльги (половина дневного перехода летом на вьючных оленях) от реки Чунку-кан на полдень (т.е. на юг) тоже шибко тайгу ронял, яму большую делал. Лесины там на земле лежат вершинами к Ербогачену. Раньше, до "кручины", там не было ямы, лес был густой, белки много было".

8). Лючеткан: "На горе, на хребте Лакуре (северо-восточный склон - Авт, [7]), около того места, откуда течет ручей, а затем речка Маркитта, Акулина тоже видела "сухую речку" (борозду). В конце этой речки большая яма, заваленная землей. Поваленных лесин там много было".

9). "Целая группа тунгусов сообщила, что в долине р. ЧАМБЕ, немного пониже устья р. ХУШМО, неожиданно налетевшим откуда-то огнем спалило сразу 200 оленей у тунгуса из рода Куркагырь Степана Ильича Онкуль. У него же повалило и совершенно уничтожило лабаз, наполненный турсуками с мукой и домашним скарбом [7].

И.М. Суслов попросил эвенков на Мунняке начертить карту района, на что они охотно согласились. "Чертил кроки Лючеткан (на съезде) цветными карандашами, а целая группа тунгусов тут же вносила свои коррективы" [7].

В 1961 г. состоялся обмен письмами между И.М. Сусловым (в 1908 г. - гимназистом Енисейской гимназии) и сотрудником Томской молодежной газеты "Молодой ленинец" Д.И. Каргаполовым. В своих письмах И.М. Суслов неоднократно касается Тунгусского метеорита, сообщает некоторые сведения. Хотя эти сведения не добавляют нового к публикуемым нами показаниям, но они показывают общее впечатление, произведенное Тунгусским явлением и потому представляют интерес. Ниже печатаются выдержки из этих писем.

10). После падения метеорита "в Канском уезде и в бассейне р. Тасеевой и тем более в гор. Енисейске и прилегающей тайге Енисейского кряжа, где были расположены многочисленные предприятия по добыче золота, формировались слухи о возобновлении войны с Японией, о подходе японской артиллерии к золотым приискам, к Енисейску, к Канску будто бы с намерением перерезать сибирскую железную дорогу...

Различные варианты слухов, рассказов о канонаде, о залпах японской артиллерии исходили от приискателей золотых приисков, как от рабочих, так и от их хозяев... Центрами, где в Енисейске фокусировались и толковались такие слухи и рассказы, были обе гимназии - мужская и женская, и городское училище. В нашей, мужской, гимназии слухи и фантастические рассказы расценивались преимущественно как фольклорный материал, так как наряду с ним мы с увлечением слушали и даже записывали рассказы очевидцев явлений, вызванных падением метеорита, которые под свежим впечатлением передавали нам наши товарищи гимназисты и гимназистки, которые либо лично наблюдали необыкновенное явление небесное, либо передавали рассказы очевидцев, наблюдавших его. Многие из них лично слышали отдаленный грохот, непохожий на гром, видели из ангарских деревень дым на севере, где лес горел. Эти сведения юношей и девушек, проводивших каникулы у своих родителей в деревнях на АНГАРЕ были увлекательны и интересны, но нас больше интересовали рассказы ангарцев-лоцманов, которые ... водили караваны лодок на Подкаменную Тунгуску и Нижнюю Тунгуску ... Некоторые из них видели падение метеорита 17 июня 1908 года и с гордостью рассказывали о нем ...

... Обилие рассказов о метеорите в Енисейске я старался возможно полнее записывать в свои дневники. Приведу один из примеров такой записи.

Владелец приисков енисейский капиталист А.А. Неробелов 17-го июня 1908 года звонит по телефону хозяину "ЗОЛОТОЙ ГОРЫ" (рудное золото) А.А. Власову (разговор происходит в тайге, на приисках):

-Здравствуй, Авенир Александрович! Ты чего это народ православный пугаешь? Ты, однако, целый хребет сейчас взорвал?

-Здравствуй, Алексей Александрович!, - отвечает Власов. - Ты, соседушка, однако-то, много выпил вчера, и не выспался еще. Чую, что моя "Золотая Гора" покою тебе не дает. Ведь сейчас еще только 7 часов утра, прииск мой только что проснулся, и люди еще не вышли на работу, чай пьют. Ни хребтов, ни гор мои не взрывали ни сегодня, ни вчера, не будем рвать еще несколько дней, мелкой породы хватит.

В этот момент оба слышат сильный гул взрыва где-то в тайге. Удар взрыва переходит в расплывчатый грохот, похожий на обвал громадной скалы и постепенно затихает. Оба хозяина удивлены странной неожиданностью. Первым прерывает молчание Власов:

-Вот так здорово, соседушка, удивил, нечего сказать. Ты дружище, тихоней не прикидывайся. Хребты-то рвешь, оказывается, ты, а не я, да еще пока люди спят.

-Эва хватил, брат, ни свет, ни заря, у меня в столовой даже стекла зазвенели. Ты бы хоть меня-то предупредил, ведь я не стану искать самородки золота в разрушенных жилах твоей горы, у меня своих достаточно.

Обменявшись "любезностями", они прекратили разговор и положили телефонные трубки.

Того и другого привлек шум на дворе и громкие голоса рабочих. Последние были сильно взволнованы непонятным явлением. Все они ясно слышали звук - удар сильного взрыва, перешедшего в расплывчатый затухающий грохот. Некоторые утверждали, что у них под ногами земля вздрогнула, а звон стекла в окнах слышали все. По направлению на В-С-В был отчетливо над тайгой дым странного цвета: многие определяли цвет дыма как смесь белого со светло-коричневым.

В толпе звучали на все лады объяснения непонятного явления, но большинство их сводилось к артиллерийским залпам и канонаде японской артиллерии; будто бы японцы нарушили мир и идут завладеть Ленскими и Енисейскими приисками".

11). При поездке в 1924 г. на р. Ангару И.М. Суслов остановился в деревне Дворец в доме В.С. Сизых.

"Как всегда, собрались соседи послушать новости от приезжего. ...Ангарцы по моей просьбе занялись рассказами-вспоминаниями о том впечатлении, которое произвело на них в 1908 году падение метеорита, грохот, странный пожар в тайге и отрывочные рассказы, слышанные ими от эвенков о какой-то катастрофе у них в тайге.

-Друзья, покажите мне, - спросил я, - в какой стороне вы видели желтый дым-то над тайгой, куда огонь-то с неба упал?

-Вот, друг, гляди в окно, большой хороший дом с двумя трубами видишь? Так вот, промежду труб-то желтый дым-то и валил. Тайга горела, нады (ангарский диалект). Я разложил на столе соответствующий лист карты России ... в масштабе 100 верст в дюйме (других карт у нас не было тогда) и провел по карте карандашом пеленг "через дом с двумя трубами" за Подкаменную Тунгуску. Эта карандашная линия пересеклась с другой такой же линией, проведенной на той карте раньше. Наиболее наблюдательные крестьяне спросил меня:

-А что это у тебя за черта, с которой пересеклась линия от нас?

-Это я сделал давно, давно, по указанию золотопромышленника Авенира Власова. Он еще в Енисейске рассказал мне, что находился он утром 17 июня 1908 года в верховьях реки Пит, а дым после падения метеорита видел он над тайгой в направлении на Юго-Юго-Восток. Вот в этом направлении я и провел эту линию на всякий случай, авось пригодится. Вот и пригодилась она теперь. И, как вы видите, две линии пересеклись к северо-востоку от фактории Панолик. После того, как я проведу несколько линий с разных сторон, и если они пересекутся в одной точке, то тут, значит, и надо искать метеорит.

... В том же году удалось провести аналогичную встречу с крестьянами деревни КЕЖМА. На том же листе стоверстки была проведена третья линия. Последняя пересекалась с предыдущими в той же точке".

12). В 1925 г. в г. КИРЕНСКЕ старожил, зав. статическим отделом Окрисполкома т. Какаулин рассказал, что он наблюдал желтоватый дым после падения метеорита. Он показал мне направление и ориентиры, которые помогли мне провести на стоверстке четвертый, последний пеленг, который пересекся в той же точке с тремя предыдущими линиями. Киренский пеленг интересен тем, что направлен вкрест простирания, как говорят геологи, пеленгу из деревни Дворец.

Теперь уже не было никаких сомнений, что падение метеорита произошло на небольшой площади, где-то между реками Подкаменной Тунгуской и ее притоком - рекой Чуней".

* Диаметр чума около 4 м., следовательно Ивана отбросило метров на 40. - Прим. И.М. Суслова.

* Эвенки называют гром - "агды", а ангарцы - "гром, т.е. удар грома, именно удар. - Прим. И.М. Суслова.

* Одын - буря, шквал - по эвенкийской демонологии представляется в образе многоголового чудовища без глаз, с огромными ртами, без хвоста. - Прим. И.М. Суслова

© Томский научный центр СО РАН
Государственный архив Томской области
Институт систем информатики СО РАН
грант РГНФ №05-03-12324в
Главная | Архивные документы | Исследования | КСЭ | Лирика | Ссылки | Новости | Карта сайта | Паспорт