Главная Архивные документы Исследования КСЭ
Лирика
Вернуться
Тайна „тунгусского дива"
Ю.Когинов, Тайна „тунгусского дива"
В.КРИКЛИВЫЙ, ТАЙНА ТУНГУССКОЙ КАТАСТРОФЫ
Ф.ЗИГЕЛЬ, НЕРАЗГАДАННАЯ ТАЙНА
А.ВАСИЛЬЕВ, Метеорит или звездолет?
Б.ВРОНСКИЙ, ЗАГАДКА ОСТАЕТСЯ ЗАГАДКОЙ
К.П.ФЛОРЕНСКИЙ, ТУНГУССКОЕ ДИВО
И. ШОРНИКОВА, Двенадцать идут за разгадкой тайны
Каталог
И. ШОРНИКОВА, Двенадцать идут за разгадкой тайны
"Молодой ленинец", 4 сентября 1959 г.
Карта сайта Версия для печати
Тунгусский феномен » Лирика » Публикации » 1950-1959 » 1959 » И. ШОРНИКОВА, Двенадцать идут за разгадкой тайны

ОНИ НЕ АСТРОНОМЫ и не метеоритологи. Одни—врачи, как Николай Васильев и работник бетатронной лаборатории Томского медицинского института Геннадий Плеханов. Другие — инженеры - физики, электрики, энергетики, как Валерий Кувшинников, Леонид Шикалов, Виктор Краснов, Виктор Журавлев, Юрий Матушевский и Дмитрий Демин. Третьи — географы, как Галина Колобкова. Наконец, студенты Руфина Журавлева и Юрий Кандыба, журналист Александр Ероховец. Рассказываем мы о них потому, что эти люди, используя свой отпуск, 36 дней провели в Тунгусской тайге, пройдя с тяжелым грузом больше 1000 трудных километров по звериным тропам и без троп, без проводников и без оленей ради того, чтобы внести вклад в разгадку тайны тунгусского «дива».

... Летом 1908 года газеты всего мира заговорили о космическом взрыве в Тунгусской тайге. Но никто доподлинно не знал, что же за катастрофа разразилась возле маленькой фактории Ванавара. Во время, взрыва за тысячи километров от места катастрофы сейсмографы разных стран зарегистрировали легкие колебания почвы. На протяжении нескольких ночей после взрыва на всем пространстве от Сибири до побережья Атлантического океана вместо темного звездного неба люди видели настолько светлый небосвод, что можно было читать газету, не зажигая огня.

Ученые назвали, космического гостя «тунгусским метеоритом».

Так человечество столкнулось с фактом, несомненно, представляющим собой исключительную научную ценность.

Но не впервые было царскому правительству с преступным равнодушием относиться к судьбам отечественной науки. Ни одна экспедиция не посетила место гигантской катастрофы.

В 1927 году с неимоверной самоотверженностью и большим риском для жизни первую тропу к предполагаемому месту катастрофы проторил замечательный русский исследователь Л. А. Кулик. Он первый увидел и описал потрясающую картину: на десятки километров вокруг того места, где по всей вероятности произошел этот взрыв колоссальной силы, многолетние деревья - гиганты были вырваны с корнем и повалены в строго определенном порядке. В центре же стояли обуглившиеся свечеобразные стволы без веток. Ученый назвал их «телеграфным лесом».

Л. А. Кулик несколько лет тщетно искал в эпицентре взрыва остатки метеорита. Когда началась Великая Отечественная война, ученый добровольцем ушел на фронт и не вернулся. И тунгусский метеорит вновь «осиротел». Упавший в 1947 г. Сихотэ-Алиньский метеорит надолго отвлек внимание ученых от детища Кулика. Только в 1958 году экспедиция Академии наук во главе с К. П. Флоренским пришла в Тунгусскую тайгу.

Но по-прежнему природа метеорита осталась неперевернутой страницей в книге познания Вселенной. Ни одна из гипотез, предложенных ученым, пока еще не объяснила всей совокупности явлений, связанных с тунгусским «дивом».

Ведущие советские метеоритологи академик Фесенков и лауреат Сталинской премии Кринов считают, что тунгусский феномен был колоссальным метеоритом, взорвавшимся при соприкосновении с землей и превратившимся в облако раскаленных газов. Но почему же тогда в эпицентре взрыва сохранился «телеграфный лес», а гигантская воронка, которая неизбежно должна бы образоваться, если взрыв был наземным, до сих пор не обнаружена? Этот и некоторые другие «почему» вызвали к жизни еще целый ряд гипотез. Некоторые ученые предположили, что взрыв метеорита произошел на некоторой высоте от земли. Своеобразную догадку построил в своем научно-фантастическом романе «Гость из космоса» и писатель Казанцев: метеорит не что иное, как потерпевший крушение межпланетный корабль с атомным двигателем. Наконец, в связи с последним открытием китайских ученых Ли и Янга, метеорит мог бы подтвердить гипотезу физиков о существовании «антимиров». Ясно, что каждая из этих гипотез нуждается в научных доказательствах или опровержениях.

Такова история тунгусского метеорита. Она еще не окончена. Свежие страницы в эту историю и были недавно вписаны нашими земляками.

МЫСЛЬ об организации самодеятельной комплексной научной экспедиции родилась давно у группы научных сотрудников и студентов старших курсов Томского университета, Томского политехнического и медицинского институтов. Но непосредственно подготовкой экспедиции они занялись с января 1959 года. Нужна была сложная новейшая аппаратура, ее было трудно достать. Дирекция ТМИ оказала самую активную поддержку группе.

Времени даром не теряли. Каждый понимал, что поход будет нелегким. Тренировались. Зимой выходили с грузом за город на лыжах, весной — пешком. Каждый раз заметно увеличивали дистанцию и груз. Народ в группе выносливый. Почти все бывалые туристы, разрядники, а руководитель группы Геннадий Плеханов—инструктор по туризму. На его счету не один поход по Сибири и Дальнему Востоку. На сей раз Плеханову предстояло руководить настоящей научной экспедицией с определенным заданием: инструментально проверить гипотезу о ядерной природе Тунгусской катастрофы.

Маршрут: Томск — Красноярск — Кежма — Ванавара — центр падения метеорита.

17 июля на 8 лодках экспедиция отправилась из Ванавары вверх по Тунгуске. Отсюда и начинается интересная, трудная жизнь в тайге. На третий день они добрались до тропы, проложенной еще Куликом. Здесь нужно было выгрузить все снаряжение и в течение 9 дней перенести его в условленное место неподалеку от центра падения метеорита. Разбились на две группы. Большая занималась выгрузкой. В две с половиной ходки грузы перенесли на место. На преодоление пути в один конец приходилось тратить по два дня. В это время другая группа, состоящая из 4 человек, во главе с Плехановым впервые вышла в тайгу на поиски. Продвигались без дорог, по компасу, через 12 дней нужно было достигнуть реки Хушмо. Сюда же должна была подоспеть и основная группа.

Трое с Плехановым направлялись к хребту Лакура, чтобы отыскать Сухую речку—борозду, якобы проделанную метеоритом. О ней в 1927 году писал один из исследователей Сибири Суслов, ссылаясь на рассказы местных жителей. И вот Геннадий Плеханов, Валерий Кувшинников, Александр Ероховец и Галина Колобкова проходили там, где еще не ступала нога ни одного исследователя (Кулик только в бинокль видел Лакурский хребет). Ходьба в тяжелой одежде, с рюкзаками — занятие не из легких. К тому же люди почти исчезали в кипящих тучах гнуса. Особенно трудно было маленькой и ростом и силой Гале Колобковой, но она шла, не отставая от ребят. Упрямая, она шла порой не столько на своих силах, столько на энтузиазме. А ведь нужно было не просто шагать, а еще брать пробы, искать Сухую речку и делать наблюдения, нужные для географического описания местности.

И вот Лакурский хребет. На 8 кило километров протянулась его каменистая грива. Весь хребет был буквально обшарен вдоль и поперек. Однако Сухую речку не обнаружили. Возможно Суслов, указывая местоположение Сухой речки, не учел того, что географическое и эвенкийское понятие «хребет» не совпадает.

Зато группа обнаружила несколько безводных болот, Кулик когда-то их принял за места вывала деревьев, осматривая в бинокль хребет Лакура. Три дня пробыли четверо в окрестностях хребта. Три дня непрерывных поисков и ни одного ручейка или болотца. Три дня с постоянным ощущением жажды.

2 августа группы встретились. Путь лежал на Куликовские избы, а оттуда — к центру падения метеорита. Прибыли на место. Теперь разделились на три группы: западную, восточную и центральную. В западную группу входили Николай Васильев. Руфина Журавлева. Старший — Виктор Краснов. Постоянный завхоз в экспедиции, человек хладнокровный, хозяйственный Виктор порой любил поворчать на тех, кто нарушал порядок. Но никто не сердился. В тайге Виктор ориентировался чутко. Успевал поймать в кинообъектив интересные кадры для студии телевидения. Но, конечно, самым интересным бесценным «кадром», обнаруженным западной группой, был мощный обратный вывал леса! Хотелось узнать, что же будет дальше. Но Виктор скомандовал:

— Будем возвращаться. Впереди лесной пожар, все равно в дыму ничего не видно. К тому же не стоит рисковать, да и ко времени нужно вернуться.

Восточная группа в составе Виктора Журавлева, Владимира Матушевского и Юрия Кандыбы уточнила восточную границу вывала, которая до того времени не была намечена.

Шесть человек составили самую большую группу—центральную. На ее долю выпала общая разведка местности и изучение наиболее интересных мест методом радиометрии. Пришлось по 2—3 человека идти по своим участкам. Диме Демину и Саше Ероховцу досталось Северное болото. Добирались туда 3 дня по топям. Иногда гатили дорогу. Много хлопот причинила ребятам маленькая речушка Хой. Исследование северного и южного болот показали, что даже, если радиоактивный взрыв и имел место, то сейчас болота были вымыты, повышенной радиоактивности в них не наблюдалось. Но зато на холмах были обнаружены места с повышенной радиоактивностью. Самая высокая радиоактивность была зафиксирована в центре взрыва (она в полтора-два раза выше, чем по всем радиусам на расстоянии 30—40 километров). Члены центральной группы обходили высокие холмы и проверяли, не имеют ли внутренние склоны гор, расположенных вокруг предполагаемого склона падения более высокой радиоактивности. Для проведения анализов была необходима зола различных пород деревьев. Добывать ее отправлялись Дмитрий Демин и Валерий Кувшинников. Подолгу приходилось возиться с сырыми деревьями: они никак не разгорались. Тогда Демин тут же сочинял смешное четверостишье и распевал что-нибудь вроде: «горят костры далекие, спина в дожде купается». А неутомимый фантаст Валерий в срочном порядке «изобретал» небывалую инфракрасную печку и становилось как будто бы суше и теплее. Один из ребят рассказывает:

- В походе нужна песня. Чем труднее поход, тем нужнее она.

- Сначала мы складывали частушки,— вспоминает Дмитрий Демин,— а потом всей артелью сочинили песню, о космическом пилоте.

Автор первого куплета сам Демин, Второй числится за Кувшинниковым. Принял участие в коллективном творчестве и Геннадий Плеханов. И если все, что делали члены экспедиции по заданию, было строго научно, то их песня — воплощение самой романтической фантастики в соединении с суровой реальностью тайги. В песне поэтически переплетаются «завалы средь тунгусских болот» с «неизвестными мегагерцами», «парсеками», «звездолетами», трудными маршрутами экспедиций, идущих «дорогами тревожными». Такую дорогу выбирают те, для кого «этот мир на самом деле тесен без дерзаний, без дорог, без песен». А ведь поют ребята в этой песне о себе, о своих поисках, о своих тревожных дорогах, дорогах науки, самоотверженно проникающей в тайны природы. Этот путь самоотверженных исследователей непроизвольно овеян романтикой, которая порой заставляет людей делать чудеса, открывает их сердца для понимания прекрасного даже в трудных таежных буднях. Усталые, а может быть, даже и голодные Галя Колобкова, Геннадий Плеханов разве не любовались белыми лебедями, скользящими по атласному озеру Чеко? А хозяйственный, немного ворчливый Виктор Краснов, как ярко и живописно он рассказывал о таежном водопаде, «который тянется по чистому руслу, а потом с каменистого ложа срывается в озерко». А разве не готов Валерий Кувшинников кому угодно доказать, что название ручья «Огненный» уж наверняка связано с гибелью межпланетного корабля, остатки которого Валерий терпеливо искал на протяжении всей экспедиции. Наверное не забыть участникам этого похода и того, как, почувствовав явный недостаток географических названий, ребята придумывали новые, составленные из своих фамилий. Так появились на свет неведомые доселе болото Кражуркан и бесподобный холм Плекокуеро. И уж, конечно, нельзя забыть того, как незнакомые люди безо всяких благотворительных жестов кормили тебя хлебом вдоволь, когда ты был голоден и отдавали совсем не лишний сахар.

СЕЙЧАС, вернувшись домой, каждый из когорты смелых занят своей работой. Но в маленькой комнатке в правом крыле анатомического корпуса все время накурено. Здесь по-прежнему боевой штаб. Только сейчас речь идет об обработке проб. Сюда забегают и Журавлев, и Демин, и Васильев, и Краснов, все, кто сейчас в Томске.

А Галина Колобкова? Осталась в Тунгусской тайге, чтобы подготовить все для следующей экспедиции в будущем году. На днях от Колобковой пришла телеграмма: «облет показал распространение нового вывала 15 или 20 километров запад от 593. Характер беспорядочный. Лишь восточная граница имеет обратный вывал. Западная снова Куликовская».

Значит, во время экспедиции западная группа открыла новый, второй эпицентр взрыва? Да. Значит искать Сухую речку нужно где-то в этом направлении? Возможно. Будущая экспедиция покажет.

И. ШОРНИКОВА

© Томский научный центр СО РАН
Государственный архив Томской области
Институт систем информатики СО РАН
грант РГНФ №05-03-12324в
Главная | Архивные документы | Исследования | КСЭ | Лирика | Ссылки | Новости | Карта сайта | Паспорт