Главная
Архивные документы
Исследования КСЭ Лирика
Вернуться
Рисунки к статье
Каталог
Метеориты в порядке дня
Л. А. Кулик
Карта сайта Версия для печати
Тунгусский феномен » Архивные документы » Коллекция документов КСЭ по изучению Тунгусского метеорита » Фонд № Р - 1947 » 81-129 » 99 » Метеориты в порядке дня

1933, МИРОВЕДЕНИЕ, № 1

Метеориты в порядке дня

Л. А. Кулик

Метеориты, о которых я буду говорить вам здесь, представляют собой любопытнейшее явление природы. С незапамятных времен они возбуждали к себе повышенный интерес среди широких масс населения; на протяжении тысячелетий они были предметом религиозных культов и приковывали к себе острое внимание ученых во все времена и у всех народов. И в настоящее время метеоритами интересуется и советская общественность и советская наука: и геология, и минералогия, и петрография, и физика, и химия, и астрономия, радиология, аэронавтика и метеорология, и история (особенно—мифология), и металлургия—да всех и не перечтешь, пожалуй, сразу! Вот биологов-то и позабыл упомянуть, а ведь и они статьи о метеоритах писали! Науки же геологические и астрономия без метеоритов теперь ни в коем случае обойтись не могут, и видные ученые полагают, что никакое изучение природы теперь не будет полным, если в нем будут обойдены молчанием метеориты.
Не все, конечно, нам ясно в учении об этих мировых телах, начиная хотя бы с вопроса об их происхождении, о котором научные работники спорят еще и до сих пор; но во всяком случае, хотя учение о метеоритах и является еще наукой будущего, огромное методологическое значение его несомненно, и это признается виднейшими авторитетами среди наших и зарубежных ученых.
Метеориты представляют собой небесные тела, образованные теми же самыми химическими элементами, какие встречаются и на Земле. Самые точные и настойчивые исследования мировых ученых показали нам, что химические элементы метеоритов и химические элементы Земли абсолютно ничем друг от друга не отличаются. Это - с качественной стороны. С количественной же дело обстоит иначе: в метеоритах отсутствует целый ряд элементов, встречающихся на Земле, в особенности из числа тех, которые занимают нижние ряды в системе химических элементов Менделеева, в том числе и таких, как  редкие земли и др. С минеральным составом метеоритное дело обстоит еще своеобразней: здесь установлен целый ряд таких минералов, которые в земной коре не встречаются совсем; многие из них в земной обстановке являются совершенно неустойчивыми и быстро разлагаются, превращаясь в стойкие земные соединения. Они являются одними из главных губителей метеоритов в коллекциях. Особенно бросается в глаза отсутствие в метеоритах воды и насыщенных кислородом минералов. Наконец, и в петрографическом отношении метеориты являются телами чрезвычайно своеобразными. Подавляющее большинство их совершенно не похоже на наши земные горные породы; а те немногие типы каменных метеоритов, которые отчасти напоминают нам некоторые земные изверженные горные породы, этим напоминанием по существу и ограничиваются: до полного же отождествления и здесь дело не доходит.

Риc. 1. Железный метеорит Богуславка, упавший в 1916 г. на Дальнем Востоке. Характерны его, плоскости раскола, ориентированные по граням куба.

Метеориты делятся на группы, различные у различных исследователей. Чаще всего их делят на железные, полужелезные и каменные  Но это лишь в целях более удобного изучения их, а вовсе не потому, что существуют, скажем, чисто железные метеориты или чисто каменные. На самом деле метеориты представляют собой один связный ряд тел, у которых мы можем проследить постепенный переход от одной классификационной группы к другой, от „чисто", скажем, железных через полужелезные—полукаменные- к "чисто" каменным  метеоритам. Даже „самое чистое" метеоритное железо обычно имеет в себе различные примеси, как видимые простым глазом, так равно и микроскопические; иногда примеси эти устанавливаются лишь химическим анализом. С другой стороны, почти все каменные метеориты имеют включение зерен металлического никелистого железа. С поверхности метеориты, как правило, покрыты тонкой темной, до черного цвета, корой.
 
Форма метеоритов бывает разнообразной. Огромное большинство каменных метеоритов и некоторые железные носят следы раскола (рис. 1) и   имеют угловатые неправильные очертания. Конические, грушевидные и блюдцеобразные формы свойственны, главным образом, железным и полужелезным метеоритам. Размеры метеоритов обычно невелики: большинство их не достигает кубического метра и лишь немногие    железные   метеориты превосходят этот объем. Более хрупкие каменные ме¬теориты сильнее   дробятся и дают более мелкие экземпляры;   вот почему неизвестны   каменные  метеориты весом, скажем, в тонну. Железные же метеориты достигают иногда почтенных размеров. Так, во время империалистической войны в ю.-з. Африке,возле фермы Гоба, была обнаружена железная   глыба    объемом   в 3 х1,5 х 1,5 м и весом в 60 т. Это-самый крупный из всех известных нам до сих пор метеоритов, задержанных воздухом; но падая он даже не вошел в почву ниже поверхности Земли (рис. 2).
Немногие могут похвастать тем, что они видели метеорит. И уж совсем мало найдется таких лиц, которые были свидетелями его падения. А между тем это явление выходит из ряда обыкновенных, привычных нам с детства, вроде грозы, урагана и т. п.

Непередаваемые по своей мощности световые и звуковые явления во время падения метеоритов обусловливаются, с одной стороны, чрезвычайно большими, "космическими" скоростями, до 72,5 км в секунду, с которыми эти тела врезаются в земную атмосферу — воздух, а с другой — тем огромным сопротивлением, которое воздух оказывает врывающимся в него метеоритам. Если бы подобно Луне Земля была лишена воздуха, то и поверхность ее была бы подобна лунной: она вся была бы испещрена большими и мелкими кратерами,— она стала бы пестрой. Произошло бы это потому, что каждый метеорит, ударяющийся о незащищенную в таком случае поверхность Земли,  очень короткое время задерживался бы горными породами и всю свою огромную энергию движения превращал бы в колоссальный взрыв раскаленных газов, которые должны образоваться за счет почвы, с одной стороны, и поверхности собственного тела метеорита, с другой. Но у Земли, как было сказано, имеется надежная броня—ее воздух, и эта броня целиком приняла на себя эту тормозящую работу земной коры. Так обстоит дело с падениями метеоритов почти всегда, но бывают и исключения.
О том, как велико сопротивление воздуха, можно судить хотя бы по следующим цифрам. Когда метеорит достигает той точки нашей атмосферы, где давление воздуха выражается всего лишь 12 мм ртутного столба (против 760 на уровне моря), то к этому моменту он сохраняет лишь 1/11 своей первоначальной скорости, если только он влетел в атмосферу медленно, делая, например,16 км в секунду. Если же первоначальная скорость метеорита была велика, например 72 км в секунду, то в указанной точке от его скорости сохранится лишь 1/51 ее начальной величины. Закон физики говорит нам, что чем быстрее будет лететь метеорит, тем больше будет сопротивление воздуха, и тем сильнее он будет задерживаться последним.
Поэтому, если вес метеорита невелик, не превосходит 130 т, то такой метеорит будет нацело задержан воздухом, как бы остановлен им в его космическом, инертном прямолинейном беге и превращен в земное тело. Из практики же мы знаем, что всякое достаточно тяжелое земное тело, предоставленное самому себе, свободно висеть в воздухе не может: вследствие притяжения Земли оно станет двигаться по направлению к ее центру, развивая ускорение в 9,8 м в секунду. И лишь метеориты-гиганты, весом в сотни тонн (не меньше 130 т) смогут пробить всю толщу воздуха и врезаться в нашу почву, образуя кратеры, подобные тем, которые имеют место на Луне. Об этих метеорах-гигантах и будет наша речь впереди (рис. 3). Пока же мы вернемся еще раз ненадолго к тем метеоритам, которые всей толщи воздуха не пробивают, другими словами, к тем метеоритам, которые имеют точку своей задержки в воздухе, а не в земной коре. Эти метеориты свое явление взрыва, по сравнению с лунной обстановкой, как бы растягивают во времени и в пространстве, перенося его с земной поверхности в воздух над нашими головами. О том, что здесь имеет место действительное явление, которое можно поставить в параллель с земными взрывами, говорят нам та высокая, до +30 000° С и выше, температура и та поразительная яркость, которые наблюдаются при падении метеоритов. Но взрывается в данном случае не холодный метеорит, в котором нет взрывчатых веществ, а раскаленный им воздух, причем воздух раскаляется здесь от мгновенного практически удара о него метеорита, т. е. от мгновенного колоссального сжатия; другими словами,таким же точно образом, каким он раскаляется в "воздушном огниве", каким он накаливается (до +700°С и выше) и в наших дизелях, воспламеняя горючую смесь. 
 
Но в воздухе вся эта картина осложняется еще тем обстоятельством, что наша атмосфера состоит из ряда отдельных слоев, причем каждый слой имеет свои особые свойства, в том числе и свою особую плотность. А это по свидетельству физиков должно обусловить дробление метеорита при ударе его о поверхность того или иного воздушного слоя [опыты академика И о ф ф е показали, что от разности в сотни градусов внутренней (низкой) и внешней (высокой) температуры даже такие хрупкие кристаллические тела, как каменная соль, разрываться    не   могут].

Действительно, лишь в редких случаях не происходит этого дробления метеоритов; особенно же часто оно случается при падении каменных метеоритов, более хрупких, чем железные, а также—утренних, более быстрых.
Некоторые падения иначе как дождями и назвать нельзя. Так, например, нам известно, что в 6 час. утра 2 мая 1808 г. в окрестностях города Станнерна в Чехословакии выпало 200 — 300 каменных метеоритов, что в час дня 26 апреля 1808 г. у города Лэгля во Франции выпало 2—3 тыс. каменных метеоритов, что в 7 час. вечера 30 января 1868 г. под городом Пултуском в Польше каменных метеоритов выпало до 100 000 экземпляров. Известно нам и о находках в разных странах, в том числе и в СССР, такого обилия железных и полужелезных метеоритов что и здесь не приходится сомневаться в наличии железных дождей.
Попробуем теперь представить себе мысленно в воздухе это мощное явление обычного метеорита, от начала до конца его падения. Метеорит врывается в атмосферу со скоростью от 12,5 до 72,5 км В секунду в виде небольшого темного холодного тела. Весь свой пробег в атмосфере он совершает в несколько секунд. Развивая колоссальное давление на встречный воздух, он повышает температуру его до десятков тысяч градусов и окутывается огромным облаком раскаленных газов, насчитывающим иной раз километры в поперечнике; на небе такое облако кажется ослепительно светящимся огненным шаром (болидом) с Луну величиной (рис. 4). Отсюда— представление древних народов о том, что упавший на землю камень отделился от Луны, или же что лунная богиня в таком именно виде (т. е. в виде Луны-болида) спустилась на Землю на этом камне, или же, наконец, что камень был сброшен с неба вместе с богиней и является ее символом или вместилищем. Вот почему в древности в каждом из известных нам храмов лунных богинь хранился символ этих божеств — каменный метеорит (рис. 5.) Можно думать, что и самые храмы в честь лунных богинь строились на местах падения метеоритов или вблизи них. Вернемся, однако, к нашему болиду.
Под действием чрезвычайно высоких давлений со стороны встречного воздуха метеорит распыляет с поверхности свое вещество в виде мельчайших частиц, молекул и атомов. Все эти частицы принимают температуру огненного облака (болида), отстают от метеорита в его молниеносном беге и образуют позади него обычно желтый или красный короткий хвост (рис. 4); более крупные частицы отлетают назад в виде цветных  искр.
По мере охлаждения сорванное с поверхности метеорита вещество образует по его пути след (рис. 4), который в дальнейшем может принять извилистые змееобразные очертания (рис. 6). Это дало по¬вод к народным сказаниям об огненном змее. Чем дольше метеорит летит в воздухе, а летит он всего лишь несколько секунд, тем медленнее становится его бег, понижаются его температура, яркость и цвет. Наконец, наступает   такой   момент, когда   метеорит  настолько уже теряет свою собственную, принесенную из межпланетных пространств, скорость, что прямолинейно в прежнем направлении двигаться уже не может. Этот момент называется точкой задержки. Здесь метеорит меняет свой космический паспорт на земной. Он теряет блестящий наряд светящегося небесного тела: исчезают все световые явления; вместо окружающего его огненного облака газов (болида) он получает тонкую черную рубашку—кору; эта кора образуется на нем в последний момент (перед его остановкой в воздухе) под действием давления, температуры (градусов еще в +400ºС) и кислорода воздуха. А если—«кислорода воздуха», то это значит уже связь с Землей, и следовательно, наша черная кора—рубашка на метеорите будет уже полуземного происхождения. А пока метеорит „переодевается" таким образом в синеве небес, оставленный им позади себя след продвигается к точке задержки и образует здесь темное кудрявое облачко (а иногда огромное облако). Оно интересно для нас, конечно, не тем, что слегка опаздывает прикрыть „переодевание" метеорита, а тем, что практически отмечает на небосводе точку задержки; о моменте совершающегося „переодевания", пожалуй, точнее оповестит нас потрясающий звуковой удар, который раздается в мо¬мент задержки метеорита; удар сопровождается как бы громовыми раскатами или гулом; происхождение всех этих звуков таково же, что и грома после сверкнувшей молнии.
Я долго останавливаюсь на всем этом, а метеорит-то летит всего лишь немногие секунды, и бурный бег его действительно можно отчасти приравнять к сверканию молнии. Недаром же в древнейших индийских памятниках народной поэзии говорится о том, что царь змей „ рассек надвое небо" или в более поздних христианских повествованиях о том, что „отверзлись небеса" или „раскрылись" при полете огненного змея или огненного ангела „небеса", подобно тому как надвое раздвигается завеса в христианских храмах; и Зерван, древний митраистический бог метеоритов персидской эпохи, резонно поэтому снабжался парочкой ключей для открывания неба и Земли, покров которой пробивают метеориты.
Однако мы слишком надолго оставили в точке задержки наш метеорит, хотя по существу ведь он ни на долю секунды не останавливался: он просто сменил в точке задержки прямолинейный свой полет сперва на медленный косой, а потом пошел к Земле, книзу, набирать скорости, как и всякое „свободно" падающее на почву тело. Упав на Землю, он образовал в ней яму, тем большую, чем выше пришлась над поверхностью Земли точка его задержки. Вот почему наибольший из найденных до сих пор метеоритов — железный метеорит Гоба (рис. 2) весом в 60 т—не смог целиком заглубиться в мягкие известняки, в то время как железный метеорит Богуславка (рис. 1) весом в 1/20 т пробил в твердых кремнистых сланцах яму в 2 м глубиной. Отсюда значит, во - первых, что 60 то железа недостаточны для того, чтобы пробить всю толщу воздуха и сохранить остаток космических скоростей, во-вторых, что метеорит Гоба все же близко подошел к поверхности Земли, что он был задержан воздухом так невысоко над ней, что и яму-то под собой едва смог образовать. Следовательно, упомянутый нами раньше весовой предел для задерживаемых воздухом метеоритов, а именно 130 т., является примерно правильным.
Ну, а что же будет, если метеорит будет весить не 130 т, а скажем, 1000? Ответ один: такой метеорит пробьет всю толщу воздуха и с остатками космической скорости   будет  продолжать свое движение в земной коре. Что же произойдет при этом с метеоритом? То же, что в таком случае происходило с ним и в воздухе: ударившись о поверхность Земли, он может еще раз разбиться; далее он будет продолжать развивать в почве огромные сверхдавления; а так как почва плотнее воздуха, то и сопротивление ее будет большим. Из этого следует три вывода: во-первых, путь метеорита в Земле будет неизмеримо короче, чем в воздухе; во-вторых, в момент его внедрения в почву температура вокруг него будет выше, чем была перед этим, и в третьих, количество и температура раскаленных газов возрастут, так как они будут теперь образовываться за счет твердого вещества почвы и метеорита и притом в более короткий срок. А так как при дальнейшем погружении метеорита в почву такой свободы разлета раскаленных газов, как это имело место раньше в воздухе, теперь уже не будет, то огромное количество раскаленной газообразной материи будет рваться кверху, образуя явление взрыва и обусловливая волны в воздухе и земной коре (сейсмические).
При первом своем соприкосновении с почвой гигант-метеорит образует в ней чашеобразное углубление, после чего его раскаленные газы перевернут, поставят на голову поверхностные земные пласты; затем, не будучи дальше в состоянии переворачивать их, они раздробят в мельчайшую пыль стенки горных пород, не поддающиеся разворачиванию, и образуют за их счет так называемую "горную муку". Но чем дальше вглубь, тем все больше будет слабеть сила раскаленных газов, тем все крупнее будут частицы раздробленной горной породы в стенках ямы, пока, наконец, по-прежнему холодный метеорит не остановится в своем движении совершенно, насыпав над собой слабеющей взрывной силой раскаленных газов центральный холмик из раздробленной им породы. Не нужно упускать при этом из виду и того обстоятельства, что в течение всего времени движения метео¬рита в яме раскаленные газы будут выбрасывать вон из ямы раздробленное ими вещество, рассеивая его вокруг ямы, насыпая холмы и образуя лучи пыли, если поставленные на голову пласты горных пород образовали по валу ямы зубчатый венец.
Следует отметить при этом еще три обстоятельства: во - первых, раскаленные газы, дробя и обрывая породу в стенках такой ямы, одновременно будут распылять также и вещество самого метеорита с его поверхности, в известную же стадию движения метеорита в Земле они будут срывать с его поверхности целые куски его тела, характерные именно своим рваным видом (рваными краями). Во-вторых, раскаленные газы в известный момент заглубления метеорита в Землю своей высокой температурой сплавят некоторые горные породы до стекловатого состояния; это дает нам основания для суждения о наименьших развивающихся при этом температурах. Образованные таким образом метеоритами в почве ямы называются кратерами. Луна за сотни миллионов лет своего существования вся покрылась такими большими и маленькими кратерами, потому что каждый падающий на нее метеорит вследствие отсутствия там воздуха ничем не ослабляет стремительности своего бега и полностью расходует на образование кратера весь запас своей энергии движения. И наконец, в третьих, при наличии во время образования метеоритом такого рода ямы, при наличии здесь весьма высоких температур и огромных сверхдавлений, сменяющихся почти мгновенно нормальными давлениями и низкими температурами, при случайном наличии в горных породах или в самом метеорите углерода или его  соединений, создаются все условия, воспроизводимые в известном опыте Муассана, т. е. могут иметь место все условия, потребные для образования при этом взрыве алмаза. В одной из своих последних работ Л. Д. Спенсер (Лондон) говорит, что обстановка падений метеоритов навела Муассана на мысль об искусственном воспроизведении алмаза. Изучение этой же обстановки падения метеоритов и сравнение ее с условиями опыта Муассана давно привели меня к убеждению, что колыбель алмазов нужно искать в метеоритных кратерах. Действительно, эти кратеры зауряднее, чем мы об этом думали два года назад. О другой стороны, никто еще из научных работников ни слова не сказал нам об условиях образования алмаза в земной коре. Наоборот, наиболее осведомленные из них в этом вопросе определенно указывали нам на то обстоятельство, что в условиях земной коры алмазы претерпевают уже ряд изменений, что в земной коре нам известны лишь процессы выветривания алмазов, а не их роста; затем, сама кристаллическая форма алмазов в виде выпуклогранных кристаллов свидетельствует о чрезвычайных Силах, приложенных к ним при их рождении. Наконец, мы знаем классическое месторождение алмазов в Южной Африке, но не имеем абсолютно никаких логичных объяснений их происхождения; самое же название «диатремы» является только названием и тоже ничего нам не объясняет, так как само еще требует  объяснения.
На Земле, как мы видели, лишь особенно крупные метеориты могут образовывать в ее коре кратеры. Не так давно единственным метеоритным кратером считался на нашей планете лишь аризонский Канон Дьябло в САСШ, да и то далеко не всеми признавался он за таковой: как единичное явление он многим казался подозрительным, и ученые с удивительным рвением выдвигали для объяснения его самые невероятные гипотезы, лишь бы только отмахнуться от метеоритной теории. К аризонскому кратеру давно уже присоединяли еще ряд эзельских кратеров в Эстонии; но поскольку последние не дали образцов метеорита, хотя и удивительно повторяли характерные черты строения аризонского кратера, они мало способствовали разрешению этого вопроса.
Что же такое представляет собой аризонский кратер?
Аризонский кратер,Каньон Дьябло, имеет форму чаши диаметром в 1207 м, т. е. почти l 1/4 км; глубина этой чаши- 74 м. Вокруг нее имеется вал, постепенно снижающийся к окружающей кратер рав¬нине; высота вала 40—50 м. По валу рассеяны огромные глыбы песчаника и известняка, а также масса мелких осколков. Пласты, обнажающиеся в стенках внутри кратера, опускаются из центра наружу по радиусам, в то время как в окрестностях кратера эти пласты лежат почти горизонтально.
Кратер Каньон Дьябло был открыт лишь в 1891 г., хотя возраст его определяется тысячелетиями. С момента открытия вокруг кратера, на площади в 20 км в поперечнике были собраны тысячи образцов железного метеорита весом от десятка граммов до полутонны, всего же было собрано от 6 до 20 т.
Как и всякий железный метеорит, метеорит Каньон Дьябло содержит в себе никель (7,39%) и кобальт; кроме того, знаменитый Муассан нашел в нем еще мелкие алмазы. Так  как в эпоху революции го¬сударства-интервенты испытывали большую нужду в платине, при  одном же из   анализов- аризонского   метеорита  американцами   были найдены следы платины и иридия (последующими анализами, кстати сказать, эта находка не была подтверждена), то в этом кратере были поставлены буровые работы.
Результаты их таковы:
1) неповрежденные напластования горных пород по данным одной скважины начинаются на глубине 198 м ниже поверхности современного дна кратера;
2) в раздробленном материале, заполняющем дно кратера, найдены следы окисленного железа и никеля,
3) на глубине 411 м под южным бортом кратера другой бур встретил сланцеватое метеорное железо, цементирующее осколки измененного песчаника, которое он прошел. Это железо бур прошел, по-видимому, насквозь, но на глубине 420 м завяз в какой-то твердой массе, в которой подозревают главную массу метеорита;
4) во время бурения было встречено большое количество так называемой „горной муки" (мелко раздробленная окрестная горная порода) и
5) было встречено шлаковидное стекло—результат оплавления этих пород.
В окрестностях кратера не имеется вулканических пород и нет никаких указаний на вулканическую или послевулканическую деятельность. Серьезные исследователи исключают здесь также взрыв газов и провалы в известняках, так как это не подтверждается фактами; наоборот, особенное значение приобретают следующие факты:
 1) харак¬терное поднятие в стенках кратера земных пластов,
 2) измельчение до степени горной муки местных пород;
 3) оплавление их до стекла;
 4) тесное перемешивание частей метеорита и с крупными глыбами и с мелкораздробленными осадочными породами как на валах кратера, так и в глубине его, а равно и за пределами его;
 5) огромное количество рассеянных вокруг кратера экземпляров метеоритного железа.
Несмотря на насмешливое отношение к этому вопросу противни¬ков метеоритной теории в настоящее время в число этих образова¬ний прочно вошел еще один американский кратер „Одесса" в шта¬те Техас в САСШ. Размеры его следующие: поперечник—162 м, глубина—5,5 м, высота вала над равниной от 0,5 до 1 м. Напластование окрестных горных пород (известняка) почти горизонтальное; внутри же кратера пласты подняты и опускаются наружу под углом 20—30°; на поверхности постепенно переходящего в равнину вала этого кратера найдены такие же экземпляры железного метеорита, как и у Каньон Дьябло. Картина вполне пока сходная с таковой последнего кратера. К сожалению, детальное исследование здесь пока еще не произведено.
Метеоритные кратеры на острове Эзеле в Эстонии, вызвавшие много возражений и поток различных гипотез, тоже не внушают нам сомнений на этот счет. Слишком большие натяжки при объяснении этих образований другими гипотезами и полная аналогия в структуре главного эзельского кратера с кратерами Каньон Дьябло и Одесса заставляют нас и здесь склониться на сторону метеоритной теории, хотя в эзельском случае метеоритов пока еще не обнаружено; весьма возможно, что это обусловлено тем обстоятельством, что мы не умеем еще разыскивать следы метеоритного вещества в этих образованиях.
Главный эзельский кратер имеет 100 м в поперечнике; его постепенно снижающийся в окружающей местности вал возвышается на 6 м над поверхностью Земли; глубина кратера—около 60 м и здесь в стенках кратера слои горной породы опускаются вниз, от центра наружу, и имеется пояс горной муки и соблюдена  последователь ность в степени дробления горной породы с укрупнением раздробленных частиц по направлению от земной поверхности книзу. Кроме главного эзельского кратера в окрестностях его разбросано еще 6 кратеров с поперечником от 14 до 39 м.
Весьма курьезная история произошла с открытием группы кратеров в Южной Америке в Аргентине, в пустыне Чако; на равнине Кампо-дель-Сьело, в окрестностях которой издавна встречались железные метеориты, была обнаружена в рыхлых осадочных породах группа, состоящая из 4 кратеров. Их характерные черты оказались теми же, что и у только что упомянутых кратеров. Это были чашеобразные кратеры около 70 м в поперечнике с насыпными по краям валами вышиной свыше метра и буграми снаружи от валов; валы постепенно снижаются наружу, незаметно сливаясь с равниной. Под этими насыпными из раздробленных пород валами обнаружена прежняя (древняя) почвенная поверхность равнины; в стенках кратеров и валах почва была перемешана с выброшенными измельченными горными породами, а главное—здесь   опять  найдены и горная мука, и куски оплавленных до стекла горных пород, и обломки железного метеорита. Картина эта говорит сама за себя, а потому наивно звучат замечания работавшего здесь аргентинского ученого о том, что он считает все это делом рук человеческих: и рытьё кратеров, и перемешивание в валах горных пород, и помещение туда метеоритов, которые могли, по его мнению , быть здесь объектом религиозного культа.
Каньон Дьябло, Эзель, Одесса и Кампо дель-Сьело — этими случаями доисторических падений и ограничивались до сих пор наши сведения о метеоритных кратерах на Земле.
Но вот в 1931 г. из Австралии пришла к нам сенсационная весть: двумя экспедициями от двух местных университетов были открыты и бегло обследованы 13 кратеров Хенбэри в центре Австралии. Во¬круг этих кратеров было поднято полторы тысячи экземпляров метеоритного железа весом от нескольких граммов до 460 кг. Вместе с ними в одном из кратеров была найдена остеклованная местная горная порода. Кратеры, рассеянные на площади в l 1/4км2, достигают следующих размеров: поперечник наибольшего —110 м, прочих—от 9 до 73 м, глубина наибольшего кратера доходит до 18 м. Валы   кратеров полого снижаются к окружающей местности. От некоторых из них в равнину расходятся по радиусам низкие песчаные гряды, подобные лучам лунных кратеров. В стенках кратеров Хенбэри горные породы раздроблены не только на отдельные глыбы, но и на пыль— на горную муку. Вокруг кратеров рассеяна масса мелких осколков метеоритного железа, иногда до 25 штук на квадратный метр; на валах некоторых кратеров они распределены в особо закономерном порядке (рис. 8 и 3). Внутри кратеров, как и в кратере Каньон Дьябло, осколков найдено немного. Значит, и в этом случае мы имеем все ту же картину, что и в американских кратерах, но лишь дополненную рядом деталей, еще больше сближающих обстановку этих земных кратеров с лунными.
 
И, наконец, последняя новинка: открыты кратеры в Аравии, в пустыне Рэб-эль-Хали: их поперечник доходит до 100 м. Здесь также найдены и железные метеориты и экземпляры превращенного в стекло песчаника  "горная мука"
Следовательно, все та же картина повторяется в известняках, песчаниках сланцах, песках, словом - в разнообразнейших осадочных, спокойно залегающих горных породах, вдалеке от каких-либо вулканических очагов. Поразительно однообразна при этом и структура этих кратеров: полого снижаются к равнине валы, опущенные от центра по радиусам кнаружи, поставлены иногда на бортах на го¬лову пласты осадочных пород, перемешанные с мелко¬раздробленным материалом, понижается вглубь кратеров в их стенках степень дробления горных пород; как правило встречается всюду горная мука; правилом же становится нахождение остеклованных горных пород; мелко издробленные породы насыпаны за бортом бугров иногда по радиусам от бортов кратера кнаружи, а главное — что ни кратер (исключая пока Эзель), то и железные метеориты, усеивающие окрестности, и валы их, в небольшом количестве находящиеся внутри кратеров, где они тесно перемешаны с дробленой горной породой. Случайности здесь быть не может, она стала законом.
Хотя метеоритное происхождение перечисленных кратеров и яв¬ляется теперь очевидным, тем не менее препятствием к их полной достоверности является доисторичность всех этих образований: человек не видел, как падали здесь метеориты, он не видел, как образовывались эти кратеры, он не был свидетелем того, что происходило при этом. А это является существенным для точной науки. Лишь глухие догадки и эпические легенды намекают нам иногда на космичность происхождения этих образований.
Вот почему, когда обрисовывалась в общих чертах картина тунгусского падения 1908 г., когда наша мысль осознала в этом падении то же явление, что и в перечисленных выше случаях образования кратеров, тогда вполне выявилось для нас и все исключительное значение тунгусского падения для науки. Действительно оно насчитывает огромное количество свидетелей, оно дает нам свежие следы сопровождавших это падение явлений, оно дает нам материал для незаполненной еще страницы истории происхождения всех доисторических кратеров; оно сможет, следовательно, окончательно разрешить вопрос о происхождении на Земле этих образований и дать ответ на проблему о лунных кратерах и морях. Для этого необходимо было найти, обнаружить на Тунгуске подобные же кратеры и доказать их метеоритное происхождение. Этому делу и было посвящено мною десять с лишним лет жизни. В 1921, 1927, 1928, 1929 — 1930 гг. мною были снаряжены в Сибирь экспедиции.
В области падения метеорита обнаружен радиальный бурелом (рис. 9), ожог в его центре. Начатые исследования не доведены до конца и не хватает данных для окончательного ответа об имевшем место явлении. Подробнее о тунгусском метеорите будет помещено в следующем номере.

Таким образом к настоящему времени мы имеем:
1) ряд местностей на земном шаре с метеоритными кратерами, причем неизвестно, чтобы кто-либо наблюдал падение здесь самих метеоритов;
2) большое число современных нам очевидцев грандиозного падения на Подкаменной Тунгуске;
3) все данные для образования здесь, на Подкаменной Тунгуске, кратеров и
4) незаконченные нами работы по исследованию места этого падения.

© Томский научный центр СО РАН
Государственный архив Томской области
Институт систем информатики СО РАН
грант РГНФ №05-03-12324в
Главная | Архивные документы | Исследования | КСЭ | Лирика | Ссылки | Новости | Карта сайта | Паспорт