И. Л. Кулик (Омск)

Л. А. КУЛИК – ПЕРВЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬ ПРОБЛЕМЫ ТУНГУССКОГО МЕТЕОРИТА

Н.В. Васильев в своей последней книге так определил значение Тунгусского феномена: «… Взрыв на Подкаменной Тунгуске представляет собою хотя и самый яркий, но далеко не единственный эпизод в сложной цепи аномальных космических явлений лета 1908 года. Вследствие этого, по-видимому, правильнее говорить о глобальном космофизическом феномене лета 1908 г., имевшим планетарный масштаб» (Васильев Н.В., 2004).

Как известно, Тунгусская катастрофа произошла 30 июня 1908 г. около 8 часов утра, когда но огромной площади юга Центральной Сибири между Енисеем и Леной многочисленные свидетели наблюдали необычное явление – пролет по небу яркого огненного тела, который сопровождался гулом, звуками, похожими на пушечную канонаду, сотрясением земли и другими явлениями. Это событие было отмечено местными газетами в Томске, Красноярске, Иркутске, которые опубликовали сообщения граждан, наблюдавших пролет этого необычного тела (Кулик Л.А., 1921).

В то же самое время, в конце июня и в июле 1908 г. в Европе, как западной, так и восточной, наблюдались необычные светлые ночи, несвойственные этим широтам. Их наблюдали в Англии, Франции, Больгии, Германии, а также в европейской части нашей страны (Курск, Тамбов, Царицын, Екатеринослав) и в Сибири. Эти белые ночи с красочными зорями распространились далеко на юг вплоть до 45 параллели. Об этом писали газеты; в научных журналах появились статьи видных ученых с описанием необычного для Западной Европы явления и попытками объяснить его. О Тунгусском болиде тогда в Европе ничего не было известно. Сообщения сибирских газет туда еще не дошли. Поэтому с Сибирским феноменом оптические аномалии над Европой тогда не были сопоставлены.

Дальнейшие исторические события – Первая мировая война, революция и гражданская война в России, отодвинули интерес к этому явлению почти на 10 лет.

В 1921 г. в России по инициативе академика В.И.Вернадского Академией наук при поддержке Наркомпроса СССР была организована первая в истории русской науки специальная метеоритная экспедиция по сбору метеоритов и проверке многочисленных сообщений о падениях и наблюдениях болидов. Руководил экспедицией Леонид Алексеевич Кулик. Экспедиция по железной дороге в специально выделенном ей вагоне объехала пол страны  от Петрограда до Канска и Семипалатинска, посетив множество населенных пунктов и всевозможных учреждений. В результате коллекция Метеоритного отдела минералогического музея Академии Наук пополнилась новыми 233 экспонатами (Кулик Л.А., 1922).

 Во время этой экспедиции были собраны и первые достоверные сведения о Тунгусском метеорите. Кулик ознакомился со старыми публикациями об этом явлении, встретился с очевидцами события, а также организовал поиск новых очевидцев. Было разослано около 2,5 тысяч анкет и специальных «Вопросных листков».

Собранные данные позволили прийти к выводу, что пролет болида 1908 г. наблюдался на огромной территории и место падения метеорита следует искать не вблизи железной дороги, как это предполагалось вначале, а далеко на Севере за Подкаменной Тунгуской на расстоянии 700 и более км от железной дороги.

В 1922–1923 гг., Л.А.Кулик и астроном Д.О.Святский связывают в единую цепь события: болид в Сибири, светлые ночи и красочные зори в Европе, а также появление в этот период большого количества серебристых облаков и развитие грозовой деятельности в атмосфере (Кулик Л.А., 1923). Все это говорило о грандиозности и необычности события.

В 1925–1927 гг. в журнале «Мироведение» появляются статьи директора Иркутской обсерватории А.В.Вознесенского (1925), геолога С.В.Обручева (1925) и этнографа И.М.Суслова (1927), в которых публикуются новые сведения о Тунгусском метеорите. В них уже приводятся вполне определенные указания на место его падения – это верховья Подкаменной Тунгуски к северу от фактории Ванавара.     

Первая экспедиция на Подкаменную Тунгуску состоялась в 1927 г. (Кулик Л.А., 1927 а, б). Она была маломощной, состояла из двух человек – Л.А.Кулика и его помощника А.Э.Гюлиха и преследовала в основном рекогносцировку предполагаемого места падения метеорита. Однако результаты этой экспедиции были весьма существенные (Кулик Л.А., 1933; 1976):

1. Был подтвержден сам факт этого явления и найдено место падения, представляющее картину грандиозной катастрофы;

2. Разведана дорога к месту катастрофы;

3. Выявлен вывал леса на огромной территории в радиусе несколько десятков километров и необычный характер этого вывала: поваленные деревья лежали радиально, корнями указывая на центр, который приходится  на центральную часть котловины;

4. Установлено, что центральная часть бурелома подверглась действию высокой температуры; эта обгоревшая часть занимает площадь в радиусе 20-25 км. Описан ожог деревьев, отличающийся от обычного пожара: у деревьев сильнее опалена сторона, обращенная к центру вывала; ожог равномерный и однообразный по всей площади; ожогу подверглись и деревья на островах, окруженных водой.

5. Выполнены вспомогательные работы: произведена глазомерная съемка местности, дано ее описание и составлен план местности, на котором основным хребтам и вершинам даны названия, носящие имена известных астрономов и географов. Эти названия впоследствии появились и на географических картах.

В 1928 г. работы на месте падения Тунгусского метеорита были продолжены. Эта вторая экспедиция тоже была малочисленна – Л.А.Кулик и его помощник В.А.Сытин. Позже их догнал кинооператор Н.А.Струков, командированный Совкино, и к ним присоединились четверо ангарцев во главе с опытным таежником К. Сизых. До места добирались по большой воде рек – Чамбы и Хушмо.

Эта экспедиция была уже кое-как оснащена. Кроме кино- и фотоаппаратов имелся теодолит, магнитометры и ручной бур-щуп. Было проведено маршрутное обследование территории и геологичемкая разведка. Результаты были следующие (Кулик Л.А., 1933; 1939):

1. Сделано описание района бурелома, который представляет довольно ровную платформу размером 40–50 км2, приподнятую метров на 70 над долинами рек Хушмо и Кимчу. Платформа окружена поясом трапповых гор, расположенных в определенном порядке. Этой кольцевой системе гор в центральной части бурелома Кулик дал название «Цирк Меррилля». 

2. Было прослежено, что бурелом простирается в разные стороны на расстояние до 25–55 км и более. При этом сплошной бурелом наблюдается на расстояниях до 30 км от центра, а дальше идет спорадическая вывалка тайги, более сильная на высоких сопках.

3. Минутным теодолитом были засняты наиболее высокие точки и составлен схематический план центральной площади бурелома.

4. Тем же теодолитом были определены направления поваленных деревьев и эти данные нанесены на составленный план.

5. Геологическая разведка показала наличие всюду сплошной вечной мерзлоты и деформации в торфяниках.

6. В намеченном масштабе магнитная разведка не удалась из-за того, что часть рабочих заболела цингой и фурункулезом и вынуждена была покинуть место работ. 

7. Кинооператор Струков заcнял многие эпизоды экспедиции, в том числе зафиксировал на пленку всю картину бурелома главным образом в районе реки Хушмо. К сожалению, до нашего времени сохранились лишь отдельные его кадры, которые вошли в созданный в 1965 г. режиссером  И.Ц.Градовым фильм «Тунгусский метеорит».

8. На Хушме была построена банька и лабаз для хранения продуктов, а в районе предполагаемого падения метеорита – небольшая изба.

9. Проведена большая организационная работа, в результате чего кежемскими организациями к следующему году была построена база из трех изб на водоразделе в центре платформы, которая носит названия: «Метеоритная заимка» и «Избы Кулика» и которая служит базой и приютом экспедициям до сих пор. Была также прорублена просека от Ванавары до Заимки.

10. Позднее В. Сытин написал книгу «Путешествие за метеоритом», где подробно описал все события этого лета (Сытин В.А., 1969).

Работа экспедиции 1928 г. продолжалась до больших морозов в конце октября. Кулик работал сначала один, потом к нему присоединился  охотник из Ванавары Китьян Васильев, и в самом конце группа спасателей, посланных на его поиски. Это были Суслов, Вологжин, Смирнов и Поппель.

Первые две экспедиции Кулика, несмотря на их, в общем-то, рекогносцировочный характер, выявили и зафиксировали все видимые особенности разрушений, нанесенных тайге тунгусским явлением, и  которые еще хорошо прослеживались через 20 лет после события.

Третья экспедиция на Подкаменную Тунгуску под руководством Л.А. Кулика состоялась в 1929–1930 гг. Средства на нее выделили Академия Наук СССР и Отдел науки Совнаркома СССР.

Основными целями этой экспедиции были осуществление годового цикла метеорологических наблюдений, геологическая разведка бурением, геоботанические исследования, воздушная разведка с фотографированием и определение астро-радио-пунктов (Кулик Л.А., 1939). Для выполнения двух последних задач достигаются договоренности с «ОСАВИАХИМ» и «Обществом  изучения Сибири». В состав экспедиции включаются специалисты – болотовед Л.В. Шумилова и буровой мастер А.В. Афонский, а также 6 рабочих из числа энтузиастов. Позднее к ним присоединилась группа геодезистов во главе с астрономом С.Я. Белых.

Экспедиция готовится к длительным серьезным исследованиям. Приобретается специальное оборудование: ручной инструмент для земляных работ, 2 комплекта ручных буров, 2 болотных бура-щупа, 2 насоса для откачки воды, комплект метеорологических приборов, теодолит, фотоаппараты, химические реактивы. Продовольствие закупается из расчета на 1,5 года. Чтобы доставить все это из Кежмы в Ванавару потребовалось 50 подвод.       

Анализ результатов первых двух экспедиций определил очередность работ. В первую очередь надо было доказать, что все разрушения и изменения в тайге вызваны не обычными природными явлениями, такие как ураганы, лесные пожары и тому подобное, а падением метеорита, т.е. найти его осколки (Кулик Л.А., 1927г).

Кулик Л.А. (1927д) предполагал, что это был железный метеорит или рой метеоритов, на что указывали масштабы катастрофы и ряд признаков наблюдавшегося болида. Низины-ямы среди бугристых торфяников он принимал за места, где отдельные части метеорита врезались в землю.

Поэтому экспедиция сразу взялась за исследование одной из крупных ям-воронок («Сусловской воронки»), считавшейся наиболее перспективной. Был выполнен большой объем земляных работ: прорыта траншея длиной 38 м, глубиной до 4-х м и шириной 1,5 м. Из воронки была спущена вода. В ее бортах и на дне пробурено три скважины глубиной до 31,5 м. Бурение показало, что вечная мерзлота начинается с 0,5 м и кончается на глубине 25 м. Дальше идут супески и пески. При вскрытии буром водоносного горизонта, вода в обсадной трубе поднялась на два десятка метров, показывая этим, что она находится под давлением. Это объясняет показания очевидцев эвенков, что на месте вывала был «бой воды из-под земли». Это подтверждается также целым рядом следов мощного наводнения.

Исследования Л.В. Шумиловой (Кулик Л.А., 1939) показали, что болота вне зоны бурелома в районе Ванавары и в центральной зоне бурелома и ожога существенно отличаются как соотношением низин с осоково-гипновым покровом и бугров со сфагновым покровом, так и состоянием торфяного слоя. В районе Ванавары преобладают бугры над низинами, в буграх наблюдается спокойное параллельное напластование компонентов торфа. В торфяниках центра бурелома и ожога преобладают низины над буграми как результат не только изменения микроклимата, но и непосредственного воздействия на мерзлоту наводнения, образовавшего за счет бугров сплошное Южное болото площадью 4–5 км2. Мощный подъем воды подтверждается также наличием концентрических торфяных валов на сплавине Южного болота (результат спада воды).

В 1939 г. на одном из участков Южного болота, на который приходится центр направлений поваленных деревьев, буровыми работами по изучению рельефа дна были обнаружены большие глубины (до 8 м при средней глубине 5–6 м). В результате были установлены депрессии, характеризующиеся заметной разницей уровней (до 2,5–3 м на расстоянии 5–10 м) и отличным от остального дна характером своих донных отложений. Л.А.Кулик в связи с этим отмечает: «Общая конфигурация местности, как дна, так и поверхности болота в этом месте, наводят на мысль о том, что именно здесь имели свой выход подмерзлотные воды после падения частей метеорита: они обусловили промывы в илах дна по направлению к коллектору – ручью Чургима, а также рисунок на поверхности болота, ориентирующим водослив» (Кулик Л.А., 1940).

Вернемся к работам 1929 г. Траншея, вырытая от Сусловской воронки показала яркую картину сдвига мерзлой торфяной  массы по минеральному субстрату с образованием складок, изгибанием разрывом и перемешиванием и истиранием в торфяную пыль компонентов торфяника. Растительный покров  бугристых торфяников в этом месте имеет явный характер восстановительного процесса (Кулик Л.А., 1939).

Регулярными метеорологическими наблюдениями была установлена минимальная зимняя температура -55°С (12 декабря 1929 г.), максимальный снежный покров – 63 см; момент смыкания зимней мерзлоты с вечной  пришелся на 12 января 1930 г.

Геодезическая группа Белых определила три астрономических пункта – на горе Фаррингтон, на горе Шакрома и в поселке Ванавара.

Запланированная воздушная разведка с фотографированием не удалась. Гидроплан под управлением летчика Б.Г. Чухновского прилетел в Кежму только 18 июля 1930 г. Они взлетели, но через полчаса пришлось вернуться из-за дождей, надвинувшихся со всех сторон и затруднивших обзор. Было решено перенести аэрофотосъемку на осень, но и осенью она не состоялась. В конце октября 1930 г. экспедиция вернулась в Ленинград.     

В последующие годы экономическая и политическая  обстановка в стране не позволили организовать новые экспедиции на Подкаменную Тунгуску и осуществить аэросъемку. В стране во многих районах был голод, надо было выполнить пятилетку в 3–4 года; происходили «чистка госаппарата», в связи с чем проводились аресты, в том числе в Академии наук, Минералогическом музее, где работал Л.А. Кулик; в редакции журнала «Мироведение»; наконец, по постановлению правительства Академия наук переезжала из Ленинграда в Москву. Работы в Тунгусской тайге возобновились только в 1937 г.

В 20-х годах изучением места падения Тунгусского метеорита занимались только экспедиции Кулика. В начале 30-х годов к изучению этого феномена подключился астроном И.С. Астапович. В 1933 г. он опубликовал в Астрономическом журнале (Астапович И.С., 1933) большую статью, где проанализировал свидетельства очевидцев, опубликованные Куликом, Обручевым, Сусловым, Вознесенским, и собранные им самим во время астрономических экспедиций  на Лену и Ангару, а также данные метеостанций Центральной Сибири и Европы и сделал ряд интересных выводов и расчетов. Так, воздушные толчки, наблюдавшиеся в Кежме, Нижне-Илимске, Киренске, связаны с прохождением группы волн различных частот, вызванных взрывом на Тунгуске и отмеченных всеми барографами Центральной Сибири.

Автор определил момент взрыва по барограммам, звуковым явлениям, сейсмограммам и барограммам. Он составил 0h16′ МВ 30 июня 1908 г. Это  время близко к рассчитанному А.В.Вознесенским.

Мощность взрыва, по расчетам И.С.Астоповича, близка к мощности взрыва вулкана Кракатау: кинетическая энергия его составила 1021 эрг. Размер газовой оболочки Тунгусского болида он определил в 0,5–4,5 км в диаметре. Наконец, он рассчитал траекторию полета этого болида, заключенную по азимуту в секторе 164–206°. Радиант метеорита лежит в созвездии Кита (Астапович И.С., 1933).

Особое место в довоенных экспедициях занимает аэрофотосъемка. Уже после первой рекогносцировочной экспедиции 1927 г. у Кулика родилась идея обследования места падения метеорита с воздуха и проведение аэросъемки. В последующие годы постоянно велись подготовительные наземные работы для осуществления этой задачи. В 1928 г. был составлен с помощью теодолита схематический план центральной части бурелома. В 1929 г. геодезический отряд определил три астропункта, что позволило привязать этот район к географическим координатам. Первая попытка аэрофотосъемки в 1930 г. не была осуществлена из-за погодных условий. Следующая попытка была сделана в 1937 г. Однако самолет потерпел аварию при посадке на Подкаменную Тунгуску и съемку опять пришлось отложить. Кулик и топограф Бурченков вернулись на Заимку и провели геодезические работы, необходимые для привязки аэрофотоснимков к местности. Только в 1938 г. ее удалось осуществить с помощью Главного управления Севморпути и поддержке академика О.Ю.Шмидта. Но самолет прилетел лишь в июне и съемку пришлось вести, когда листва на деревьях уже развернулась, что снижало видимость бурелома. Тут же на месте была составлена полевая фотосхема. Дальнейшая камеральная обработка снимков позволила составить более точный фотоплан, с которым и велись дальнейшие работы.  

В 1939 г. состоялась еще одна экспедиция на Тунгуску под руководством Кулика. Геодезическим отрядом инженера Апрелева было проведено сгущение опорной сети и произведена наземная съемка физических пропусков аэрофотосъемки 1938 г. (Кулик Л.А., 1940).

Аэрофотосъемка позволила с помощью центробежного моделирования определить 2–4 центра бурелома, которые совпали с теми центрами, которые были определены в 1928 г. путем теодолитного измерения направлений поваленных деревьев.

К сожалению, в дальнейшем негативы аэрофотосъемки были уничтожены. Сохранились только фотографии, которые теперь хранятся в Томске.

Метеоритика – наука относительно молодая. В начале ХХ века ученым еще было мало известно о метеоритах, об их происхождении и условиях падения. Ведь всего 100–120 лет назад европейские ученые признали действительным сам факт «падения камней с неба».

В 20-е годы прошлого века российские ученые определенно считали Тунгусский феномен падением метеорита. Академик В.И. Вернадский в 1926 г. в докладной записке в Академию наук напишет: «… Я считаю в высшей степени важным возможно быстрое нахождение метеорита в районе Подкаменной Тунгуски, выяснение его размеров, его состав и строение». Л.А.Кулик (1927д) высказывает мысль, что «…здесь мы имеем дело с роем метеоритов, двигающимся со скоростью, близкой к максимальной (72 км/сек). Этот рой окружен облаком раскаленных газов (далеко за 1000°С), имеющим много километров в поперечнике». И.С. Астапович (1933) определенно считает взрыв на Тунгуске падением метеорита.

Происхождение метеорита ученые стараются увязать с космическими явлениями. Кулик допускает, что падение Тунгусского метеорита связано с прохождением Землей космического облака (Кулик Л.А., 1922). Позднее, он пытается увязать Тунгусское падение с пересечением Землей в эти дни плоскости орбиты кометы Понс-Виннеке (Кулик Л.А., 1926).

После первых экспедиций на Подкаменную Тунгуску, оценив грандиозность события, Кулик видит трудность объяснения этого феномена в том, что человек «…мерку земных, знакомых ему с детства явлений, переносит на явления падения метеоритов, не будучи в состоянии освоитьхарактернейшее в этих падениях…колоссальное количество энергии, привнесенное извне и определяемое сверхскоростями метеоритов в земной атмосфере» (Кулик Л.А., 1931).

Действительно, Тунгусское падение отличается масштабом и грандиозностью последствий. «В нашем падении, – пишет Кулик, – мы имеем первый случай грандиозного бурелома… Кроме того, здесь мы впервые в истории метеоритов отмечаем, по-видимому, один из весьма редких случаев достижения крупным метеоритом поверхности Земли без остановки в точке задержки, т.е. случай соприкосновения с поверхностью земной коры того облака раскаленных газов, которое окружает врывающийся в нашу атмосферу метеорит, и сопровождает его, в обычных условиях до точки задержки». Поэтому «…судить по аналогии с другими падениями мы в данном случае уже по одному тому не можем, что ничего подобного этому падению в молодой истории метеоритов мы до сих пор не знали, следовательно, и придержек для суждения мы не имеем, если не считать скользкого пути предположений» (Кулик Л.А., 1927в).

Однако, после экспедиций конца 20-х годов, которые не обнаружили крупных масс метеорита, академик Вернадский высказывает в 1932 г. новую мысль и предполагает, что Тунгусское падение представляется «…новым явлением в летописях науки – проникновением в область земного притяжения не метеорита, а огромного облака или облаков космической пыли, шедших с космической скоростью» (Вернадский В.И., 1932).

Прошло много лет… Появилось множество новых гипотез. Метеорит же не нашли до сих пор. Но дело Л.А. Кулика, отдавшего столько лет и сил исследованию тунгусского падения, не пропало даром. Главное – было привлечено внимание ученых всего мира к этому удивительному и загадочному явлению и оно не было забыто, не кануло в вечность. Результаты работ Кулика побудили продолжить изучение этого феномена новыми поколениями ученых.  

 

 

Литература

1.       Астамович И.С. Новые материалы по полету большого метеорита 30 июня 1908 г. в Центральной Сибири //Астроном. ж., 1933. – Т.8, вып. 4. – С. 465–486.

2.       Васильев Н.В. Тунгусский метеорит. Космический феномен лета 1908 г. – М.: «Русская панорама», 2004. – 359 с.

3.       Вернадский В.И. Об изучении космической пыли // Мироведение, 1932. – №5. – С. 36.

4.       Вознесенский А.В. Падение метеорита 30 июня 1908 г. в верховьях р. Хатанги //Мироведение, 1925. – Т.14, №1. – С. 25–38.

5.       Кулик Л.А. Затерянный филимоновский метеорит 1908 г. //Мироведение, 1921. – Т.10,№1. – С. 74–75.

6.       Кулик Л.А. Отчет метеоритной экспедиции о работах, проведенных с 19 мая 1921 г. по 29 ноября 1922 г. // Извести Росс. АН, 1922. – Сер. VI, № 1–18. – С. 391–410.

7.       Кулик Л.А. Первая метеоритная экспедиция в России и очередные задачи метеоритики //Мироведение, 1923. – Т.12, №1. – С. 6–15.

8.       Кулик Л.А. Метеориты 30 июня 1908 г. и пересечения с Землей орбиты кометы Понс-Виннике //ДАН СССР, 1926. – Сер. А, октябрь. – С. 185–188.

9.       Кулик Л.А. За Тунгусским дивом. – Кр-ск, 1927а. – 16 с.

10.    Кулик Л.А. К истории болида 30.VI. 1908 г. //ДАН СССР, 1927б. – Сер. А, №23. – С. 393–398.

11.    Кулик Л.А. К вопросу о месте падения Тунгусского метеорита 1908 г. //ДАН СССР, 1927в. – Сер.А, №23. – С. 399–402.

12.    Кулик Л.А. Тунгусский метеорит или фантазия? //Вестник знания, 1927г, – №22. – С. 1355–1364.

13.    Кулик Л.А. Там, где упал Тунгусский метеорит Наука и техника, 1927д. – №39. – С. 1–3.

14.    Кулик Л.А. Рождественский болид //Вокруг свете, 1931. – № 15–16.

15.    Кулик Л.А. Предварительные итоги метеоритных экспедиций 1921–1931 гг. //Труды Ломоносовского института АН СССР, 1933. – №2. – С. 73–81.

16.     Кулик Л.А. Данные по Тунгусскому метеориту к 1939 г. //ДАН СССР, 1939. – Т.22, №8. – С. 520–524.

17.    Кулик Л.А. Метеоритная экспедиция на Подкаменную Тунгуску в 1939 г. //ДАН СССР,1940 – Т,28, №7.– С. 597–601.

18.    Кулик Л.А. Картина вывала и ожога в районе падения Тунгусского метеорита //Вопросы метеоритики. – Томск, 1976. – С. 15–19.

19.    Обручев С.В. О месте падения большого Хатангского метеорита //Мироведение, 1925. – Т.14, №1. – С. 38–40.

20.     Суслов И.М. К розыску большого метеорита 1908 г. //Мироведение, 1927. – Т. 15, №1. – С. 15–18.

21.    Сытин В.А. Путешествия за метеоритом. – М.: «Советский писатель», 1969. – С. 7–76.