И.Елисееву, завхозу экспедиции КМЕТа
             в район падения Тунгусского Метеорита

Если я заболею, то не иначе как с перепоя.
И скажу я тогда: «Не сочтите, что я идиот.
Повяжите мне галстук
           куликовскою длинной тропою
И укройте меня одеялом тунгусских болот».

Я в таможне служил и доволен был службою этой.
Но черт дернул меня - я увлекся проблемой иной.
Не морочьте мне голову не упавшею с неба кометой,
Если даже комета,
           к счастью КМЕТа, была ледяной.

Я немало ходил по суровой тропе космодранцев.
Если ранит меня убежавший от Фаста медведь,
Посадите меня в звездолет, что придумал Казанцев,
И отправьте на Марс эту песнь марсианам пропеть.

От тайги и от гор веет сыростью, веет болотом.
Лишь подумать о том, что тебя искусает мошка!..
Покидаю я вас не каким-нибудь там вертолетом -
Я от вас ухожу в Ванавару тропой Кулика.


Примечание. Б.И.Вронский также запечатлел этот исторический эпизод:
«Деньги за проделанные рейсы не были внесены в обещан­ный срок, и руководство аэропорта перегнало вертолет в другое ме­сто, более надежным плательщикам. Злорадно посмеиваясь, «космодранцы» предвкушали «удовольствие», с каким примет это изве­стие Елисеев, которому теперь волей-неволей придется пешком до­бираться до Ванавары, чтобы уладить вопрос с вертолетом... Вид у Елисеева был немного «скучный» - он побаивался предстояще­го почти 80-километрового путешествия по тайге» (Б.И.Вронский. «Тропой Кулика»).